Ее лицо исказила гримаса непередаваемой боли.

— Гори вечно в аду, Донал О'Ши! — тихо сказала она, потом повернулась и решительно пошла прочь.

Челлон и О'Брайен моментально последовали за ней, а Рэнд порывисто сжал ее локоть, словно предлагая поддержку.

— Я и сам бы не смог сказать лучше, — восхищенно заметил он. — У тебя действительно талант, Шина.

— Я рада, что ты меня одобряешь, — улыбнулась в ответ Шина. — И я ужасно рада видеть тебя. Честно говоря, я боялась, что ты можешь не понять мое послание.

— С таким помощником, как Ник, который сумел передать все нюансы? — усмехнулся Рэнд. — Да это было детской игрой!

— Приятно, когда твой гений ценят по заслугам, — улыбаясь, сказал Ник. — Но было бы гораздо веселее, если б наши ирландские друзья оказались порешительнее. Я надеялся немного поразмяться.

— Когда я обрисовал Нику ситуацию, он настоял на том, чтобы пойти со мной, — пояснил Рэнд Шине. — Наверное, он ожидал нечто вроде хорошей перестрелки.

— Ну, надежды не всегда сбываются, — наигранно печально вздохнул Ник.

Золотистые глаза Рэнда светились такой любовью и нежностью, что у Шины перехватило дыхание.

— Ты не представляешь, как я сегодня гордился тобой, голубка моя, — тихо сказал он. — Это было самое великолепное выступление, которое я видел в своей жизни.

Шину переполняло такое счастье, что никакие слова не могли выразить ее состояние. Она расплылась в блаженной улыбке и сказала осипшим от волнения голосом:

— Не зови меня голубем. Разве ты не видишь, я теперь жаворонок!

Рэнд задумчиво посмотрел в ее лицо и улыбнулся с теплотой и гордостью.

— Да, пожалуй, ты права.

Шина довольно засмеялась и взяла его за руку. Другую руку она протянула Нику, и так, вместе, они вышли в ночь.