Амелия легла на кровать, не снимая мокрого пальто и шляпки. Когда она увидела объявление в «Леди Мейфэра», оно показалось ей ответом на ее молитвы. Ее положение было невыносимым, казалось, у нее нет выхода, ей не к кому было обратиться. И вдруг это объявление. Наверняка подобные услуги предоставляют женщины, потому что ни один мужчина не станет давать объявления в «Леди Мейфэра». Впервые Амелии показалось, что впереди забрезжил луч надежды. Она перечитала письмо во второй раз, внимательно вчитываясь в каждое слово, и с удивлением почувствовала себя увереннее. Единственные подруги, которых она помнила, были у нее, когда она училась в школе в Бате. С тех пор как она покинула школу, получив необходимое для гувернантки образование, Амелия общалась только со своими хозяйками, с которыми нельзя было и помыслить о дружеских отношениях. Летиция Грэм была, пожалуй, худшей из всех.

— Мисс Уэсткотт? Ваш обед уже остыл, — послышался голос горничной, сопровождавшийся стуком в дверь.

— Уже иду, — откликнулась она.

Амелия сняла пальто и шляпку, причесалась и направилась в детскую, чтобы разделить со своей воспитанницей ией макаронный пудинг.

Наконец пробило три часа. Дождавшись, когда Памела с матерью уедут, Амелия вышла из дома и быстро направилась к Марбл-Арч. Резкие порывы ветра срывали остатки листьев с деревьев, пешеходы прикрывались зонтами, прятались в дверных проемах или под арками. Но Амелия даже не замечала непогоды.

«Лайонз-Корнер-Хаус» оказался небольшим кафе на самом углу Марбл-Арч. Амелия вошла внутрь и взглянула на часы. Она пришла на полчаса раньше. Выбрав столик подле окна, она села лицом к двери, чтобы видеть входящих, положила на самом виду экземпляр «Леди Мейфэра» и заказала чай. В письме было сказано, что посредник будет держать в руке экземпляр «Леди Мейфэра», поэтому она решила сделать то же самое.

Ей принесли чай и щедро намазанную маслом сдобную лепешку. Амелия ела медленно, наслаждаясь каждым кусочком. Кроме ужина, за которым ей всегда подавали холодное мясо с помидорами или со свеклой, она разделяла все трапезы со своей подопечной, а вкусы Пэмми отличались удивительным однообразием. Она не сводила глаз с двери, и ровно в четыре часа в кафе вошли три женщины. На них были прелестные шляпки с изящными вуалетками, прикрывавшими верхнюю часть лица; одежда, хотя и приглушенных тонов, свидетельствовала о богатстве. У Амелии упало сердце, но вдруг она заметила на самой высокой из женщин яркий пурпурно-бело-зеленый значок. Она держала в руках «Леди Мейфэра». Амелия воспрянула духом. Эта женщина была членом Женского социально-политического союза!

Посетительницы остановились у входа и принялись оглядываться по сторонам. Амелия нерешительно приподняла свою газету, и они тут же направились к ней, поднимая на ходу вуалетки.

— Мисс Уэсткотт. — Женщина со значком на груди протянула ей руку. — Меня зовут Констанция. Позвольте представить моих сестер. Это Пруденс, а это Честити.

Она указала на своих спутниц, которые также, в свою очередь, пожали Амелии руку и сели за стол.

— Итак, мисс Уэсткотт, чем мы можем вам помочь?

—Мне необходимо найти мужа, — заявила Амелия Уэсткотт.

— Вот уж действительно прямо и по существу, — заметила Констанция, снимая перчатки и убирая их в сумочку.

— Но это же входит в предоставляемые вами услуги? — с замирающим сердцем спросила Амелия, и в ее серых глазах отразились неуверенность и тревога.

— Конечно же, входит, — успокоила ее Пруденс. — Давайте закажем чаю. — Она улыбнулась пожилой официантке в накрахмаленном фартуке и чепчике: — Пожалуйста, принесите нам тарелку лепешек и четыре пирожных с кремом.

Официантка записала заказ в блокнот и удалилась тяжелой поступью, характерной для тех, кто проводит много времени на ногах.

— Итак, какого мужа вы хотели бы найти? — поинтересовалась Констанция.

— Ну, даже не знаю… Я полагала, у вас есть список… мужчин, которые ищут себе жен.

Сестры обменялись взглядами, и Амелия почувствовала, как ее тревога усиливается. Возвращение официантки с чаем не позволило им продолжить разговор, но, как только она ушла и чай был разлит по фарфоровым чашкам, а блюдо с лепешками обошло присутствовавших, Пруденс сняла очки, протерла их носовым платком и снова водрузила на нос.

— В настоящий момент у нас пока нет такого списка, — сказала она, слегка прищурившись. — Видите ли, на самом деле вы наша первая клиентка.

— О! — Амелия была совершенно сбита с толку. — Как… , же так получилось?

— Ну, всегда кто-то должен быть первым, — заметила Честите, кладя сахар в чай.

— Дело в том, что мы… точнее, владельцы «Леди Мейфэра» только начали предлагать услуги «Посредника», — объяснила Констанция, аккуратно разрезая лепешку на ровные квадратики. — Но я уверена, что мы сможем вам помочь. Вы упоминали о деликатном положении. Если вы немного расскажете нам о себе и о своих затруднениях, мы сможем приступить к делу.

Амелия с сомнением разглядывала трех сестер. Она была морально готова к тому, чтобы доверить свои проблемы серьезному, деловитому агенту. Она не рассчитывала получить приглашение на чай от трех светских дам и обсуждать сними свои затруднения, словно это была пустая вежливая болтовня.

Заметив ее колебания, Констанция сказала:

— Мисс Уэсткотт, мы отчасти догадываемся о том, каково ваше положение. Находиться на службе у леди Грэм, должно быть, не очень-то приятно.

Амелия покраснела: