Шрифт:
Сгорая от возбуждения, Фрэнси закрыла свой рабочий блокнот с программой и отправилась домой. Вот уже месяц она спала не более пяти часов в сутки и очень устала.
Фрэнси уснула, едва добравшись до постели.
Ей и в голову не пришло запереть программу в сейф.
Глава 17
Нью-Йорк, 24 августа 1956 года
В одном из офисов «Магнус индастриз» на Шестой авеню за большим письменным столом друг против друга сидели два человека. На столе между ними лежала папка с бумагами, привезенная из Парижа специальным курьером четыре дня назад.
Посетитель, сидевший в большом кожаном кресле, перевел взгляд с папки на хозяина кабинета. Он ждал вопроса, который тот вот-вот задаст, вопроса, который откроет причину его пребывания здесь.
И вопрос не заставил себя ждать.
– Что вы об этом думаете? – спросил человек за столом. – О чем здесь говорится?
Посетитель откашлялся.
– О гораздо более важных вещах, чем вы предполагаете, – ответил он.
Наступило молчание.
– Насколько более важных?-снова спросил хозяин кабинета, сузив глаза.
Посетитель нервно заерзал в кресле. Он был несколько смущен тем, что находится в присутствии столь могущественного человека, но все же сознавал и собственную значимость.
Посетителя звали Александр Колфилд, и он занимал должность вице-президента по научно-исследовательской работе одной из самых крупных в мире фирм – изготовителей компьютеров. Его вызвали сюда, потому что он был лучшим в своей области. Ни один человек не обладал таким доскональным знанием компьютеров и областей их применения, и только очень немногие умели анализировать и предсказывать будущие направления использования этих удивительных машин, как это делал Колфилд.
Ему дали прочитать бумаги, лежавшие в папке, и заплатили немалую сумму денег, чтобы он хранил в секрете содержание документов, с которыми ознакомился. Едва заметным жестом показав на папку, Колфилд начал говорить, тщательно выбирая слова:
– Чтобы лучше воспринять важность того, что я скажу, необходимо понять: информатика – наука молодая, но недалек тот час, когда компьютеры завоюют мир. Сегодня это просто забавные игрушки-курьезы. Через десять-двенадцать лет они станут столь же привычными, как сейчас телевизоры. Трудно даже представить, что это означает в смысле получения прибылей.
Он помолчал. Человек, сидевший напротив, не торопил его, просто пристально смотрел на собеседника проницательными темными глазами.
– Известно, сколько стоит патент на кинескоп для обычного телевизора, – продолжал Колфилд. – Все, кто производит телевизоры, обязаны отчислять проценты его владельцу. Вы показали мне нечто в этом роде. Конечно, на первый взгляд это просто система, созданная с определенной целью – обеспечить связь между несколькими европейскими компаниями. Но сама программа содержит некоторые блестящие решения, по моему мнению, абсолютно новые в компьютерной технологии. Никто не смог еще до этого додуматься, иначе, поверьте, это произвело бы настоящую сенсацию. – Колфилд, задумчиво рассматривая свои сцепленные пальцы, покачал головой. – Через несколько лет в действие войдут десятки систем связи, и не только в бизнесе, но и в образовании, правительственных учреждениях, оборонных предприятиях, банках и так далее и так далее. Поскольку предполагается, что эта программа должна быть защищена патентным законодательством или законом о промышленной тайне, автору будут отчисляться проценты всякий раз, когда станет использоваться эта система или аналогичная ей.
Хозяин кабинета откашлялся.
– Сколько?-спросил он.
– Вы имеете в виду, сколько это стоит? – переспросил Колфилд.
Собеседник молча кивнул.
Колфилд пожал плечами и, подняв брови, посмотрел в окно на панораму города.
– Десятки миллионов, самое малое. Возможно, сотни. Зависит от того, как быстро будет развиваться информатика и насколько хорошо будет защищена сама система.
Он откинулся в кресле, давая возможность собеседнику осмыслить сказанное. Последовала пауза, показавшаяся Колфилду бесконечной. Хозяин кабинета не сводил с ученого взгляда. Наконец он показал на папку:
– Каково ваше мнение о человеке, создавшем все это?
Колфилд улыбнулся.
– Ну, это просто. Кто бы ни был автор – он гений. Не знаю, понимает ли он, что совершил. Единственное, чего бы мне хотелось – это встретиться с ним когда-нибудь.
Через несколько минут Александр Колфилд откланялся. Хозяин остался в одиночестве, задумчиво глядя на лежавшую перед ним папку.
– Сотни миллионов…
Как же можно было так недооценить ее!
Но все хорошо, что хорошо кончается, решил он и поднял телефонную трубку.
– Да, сэр?-послышался голос секретаря.
– Попросите Джона Дорранса из патентного отдела зайти в мой кабинет. Не позже трех часов.
– Да, сэр.
– Еще одно: подготовьте денежный перевод с моего личного счета. Никаких записей в бухгалтерские книги. Понятно?
– Да, сэр. На чье имя перевод?
– Ролан де Люме. «Магнус Франс», Париж. Его адрес должен быть в картотеке. Переведите телеграфом, конфиденциально. Не по каналам компании.
– Какая сумма, сэр?
– Двадцать пять тысяч.