Селина наблюдала, обиженно поджав губы. Предстоящий королевский прием наверняка изменит жизнь Софии, а ведь Селина могла быть на ее месте.

— Ты ведь рада, что он умер? — Не выдержав, Селина выпустила коготки. — Ты ждала его смерти.

— Я не рада, Селина. Ведь он мой отец! И мне совершенно не нужно все, что мне досталось после его смерти.

— Лгунья! Теперь все твое, несмотря на твое упрямство и неповиновение. Как больно было бы ему узнать, что все перейдет к тебе после всего, что ты натворила!

— Не знаю, почему ты говоришь так, словно я виновата. Ты единственная, кому надлежало позаботиться, чтобы такой день никогда не наступил. Селина залилась краской.

— Единственное, что ты можешь сделать, — отнестись с уважением к его желаниям.

— Я рассчитывала, что ты решишь все проблемы, подарив ему сына, — продолжала София, не обращая внимания на слова мачехи, — который смог бы занять место моего брата Брэндона. Теперь единственные желания, которые я собираюсь уважать, — мои собственные.

Лакей поднялся на террасу. София выслушала официальное приглашение короля Вильгельма. Она наблюдала за вдовствующей герцогиней, пока та не скрылась из виду. Тогда она подошла поближе к лакею и дала ему новые инструкции.

Прогуливаясь в небольшой рощице, окружавшей сад с прудами и фонтанами, Эйдриан пытался представить, что делает сейчас герцогиня. Им пришлось задержаться в пути, так что у нее совсем не оставалось времени, чтобы отдохнуть перед предстоящим испытанием. Дорога из Портсмута, как назло, оказалась долгой и утомительной, он держал на изготове два пистолета, готовый в любую минуту отразить нападение. Напряженная атмосфера, царившая в Англии, редко доходила до смертельной схватки, но, чтобы обидеть женщину, достаточно одного радикала или разорившегося фермера.

По мере их приближения к цели герцогиня все больше погружалась в себя. Ее поведение вызывало у него беспокойство. Она не бранилась, не предъявляла никаких обвинений, казалось, вообще не замечала его, и, когда он наконец среди ночи доставил ее в Марли, его охватило необъяснимое чувство вины.

Услышав легкое шуршание гравия за своей спиной, Эйдриан насторожился. Едва слышное покашливание, несомненно, относилось к нему, требуя его внимания. Он притворился, что не слышит. Вдовствующая герцогиня Эвердон преследовала его весь день. А если точнее, она охотилась за ним не один год.

Когда она еще не выходила замуж и звалась мисс Селина Лейси, то не оказывала особых знаков внимания третьему сыну графа Динкастера. В ее прелестной головке еще не созрело то, что проявилось позднее, когда она буквально ошарашила его, предложив ему не что иное, как адюльтер. Ее не остановил и тот факт, что Берчард многим обязан ее мужу. Таким образом, ее недвусмысленное предложение принимало особенно безнравственную форму.

С тех пор некоторые мужчины не задумывались воспользоваться случаем. В Эйдриане поселились сильные подозрения, что, не обрати он внимания на собственные мотивации и согласись с желанием Селины улечься в ее постель, он чувствовал бы себя экзотическим существом, которому позволено находиться в спальне леди и которого пестуют и обожают, как с трудом добытый трофей.

Совсем как животные в зверинце Софии Роли.

София Роли… Он посмотрел сквозь деревья туда, где возвышался великолепный дворец. По-видимому, события разворачивались полным ходом.

Хруст гравия становился все громче. Ускорив шаг, Эйдриан пошел напрямик через сад. Его брат Колин и тетя Дороти поджидали его, гуляя вокруг небольшого пруда, и, как только он вышел из рощицы, бросились к нему с приветствиями.

— А вот и ты! Все только и делают, что поют тебе дифирамбы. Как тебе удалось так быстро заставить герцогиню вернуться? — обрушился на него Колин.

Эйдриан поздоровался с братом, чмокнул в щеку Дороти Берчард, незамужнюю сестру графа. Когда умерла его мать, Дороти и Колин стали ему самыми близкими среди родни.

— Рад видеть тебя, Дороти. На все ушло несколько недель.

Колин посмотрел вслед Селине. Затерявшись в зарослях жасмина, она изучала только что распустившиеся бутоны.

— Похоже, ты не знаешь, куда спрятаться от нее, — усмехнулся он, глядя на брата, — и все-таки я не понимаю, почему ты игнорируешь бедную вдовушку? Герцог теперь не будет в обиде.

Дороти переплюнула Колина своей шуткой.

— Как все-таки отвратительно, скажу я вам! Как говорится, герцог еще не остыл, а она уже пустилась во все тяжкие…

— Вдовствующая герцогиня не для меня, Колин, так же как и Селина Лейси, коей она называлась когда-то, — заявил Эйдриан.

— Но вдовушка не собирается выходить за тебя замуж, Эйдриан, — продолжал Колин только для того, чтобы Дороти снова ответила шуткой.

Точно, не собирается, подумал Эйдриан. Колин поддел гравий носком ботинка.