– Странно. – Я пожал плечами. – Я почему-то почти все прекрасно помню, за исключением того, как попал в тюрьму.

– Хм. Может, не успели? – предположила она заинтересованно.

– Я тоже так думаю, – согласился я. – А почему тебя не сканировали?

В ответ она сжала губы так, что они превратились в узкую щелочку.

– Пытались. Но…

Она явно колебалась, не желая расставаться со своими тайнами. Ну да я не исповедник, и мы не на Храмовой Горе…

Я легонько прижал пальцы к ее губам.

– Все. Оставь свои секреты для другого случая. – И пояснил, увидев ее удивленный взгляд: – Меньше знаешь – дольше дышишь. Меня гораздо больше интересует, есть ли на этой планете военная база Империи?

– Точно знаю, что нет.

– Почему?

– Да это вообще долгая история. Но если вкратце, тут родовые владения клана Гронх. Только сам клан уже давно не контролирует положение дел и скорее смирился с тем, что колонисты зарабатывают на жизнь преимущественно производством наркотиков и прочей дряни. Арнийцы были колонистами первой волны и заселили сушу. Точнее, те небольшие островки, что торчат из воды. Гронхам пришлось осваивать океан и, как ты сам понимаешь, сердечности это в их отношения не внесло. Налицо застарелый вялотекущий конфликт из-за источников сырья и продовольствия. Могли бы, конечно, меняться своими богатствами, но соблазн отобрать силой, наверное, слишком велик.

– А космодром?

– Я думаю, они здесь летают только до форпоста Торговой Лиги.

– Ну а оттуда…

– А оттуда, – сказала Кло, передразнивая мою интонацию, – мы попадем обратно в такую же дыру, только на этот раз уже без шансов.

– А что, есть варианты?

– Не знаю… Может, какая-нибудь частная яхта? – задумчиво рассматривая навигационную карту, мерцавшую на большом экране, предположила она.

– Это уж совсем вряд ли. В таком медвежьем углу? – усомнился я. – Тогда остается только мой вариант. Направим катер вот сюда, в пролив. И когда расстояние до берега будет минимальным, спрыгнем в воду. А катер дальше сам уйдет в океан. Можем даже его заминировать для сокрытия хвостов. Ну как? Годится?

В ответ она еще пристальнее вгляделась в карту.

– Слушай, а почему их курс заканчивается в открытом океане, почти за полторы тысячи километров от берега?

– Может, точка встречи? – предположил я. – Топливо, груз, еще что?..

– А ты знаешь, что они везут? – неожиданно весело спросила Кло.

– Ну, судя по твоему тону, наверняка не пряники. Если рабов и оружие… сомнительно. Если наркотики или еще что-то весьма ценное, есть у меня одна хорошая мысль…

– Ну ты даешь! – восхитилась она.

– А, – отмахнулся я. – Контрабандисты одинаковы во всех мирах. Так что же все-таки у них там?

– А пойдем сами глянем? – хитро ухмыляясь, предложила Кло.

– Глянем, глянем… – заверил я ее. – Только у меня одна просьба.

– Какая?

– Ты не могла бы что-нибудь на себя надеть?

– Зачем? – сверкнув глазами, деланно удивилась она.

– Понимаешь, у тебя очень привлекательная по моим представлениям фигура, но глядя на нее, я занят только сдерживанием своих сексуальных инстинктов.

Она вскинула голову, разметав свои длинные светлые волосы.

– Так ты с дикой планеты, дикий зверь?…

Мягкими целеустремленными шагами, похожая на пантеру, Кло подошла так близко, что тепло ее тела обожгло меня. Ее глаза надвинулись, будто зеленый гиблый омут. Мгновение, и тела наши сплелись на залитом кровью полу рубки.

Конечно, глупо предаваться любви, когда твоя голова – желанное украшение столь многих охотничьих салонов. Но может, ради этих секунд мы и живем?

Через некоторое весьма продолжительное время, чисто вымытые и прибарахлившиеся в синие комбинезоны и прочные удобные ботинки из корабельных кладовых, мы спускались в трюм.

Он оказался почти пуст, если не считать пары десятков небольших тюков в двух металлических корзинах.

– Ну и что тут?

– Если покойник не соврал, – спокойно ответила Кло, – то здесь две тонны ахриззака.

– Эт еще чего?

– А ты не в курсе? – Она удивленно посмотрела на меня. – Да ты и вправду дикарь! – Она рассмеялась. – «Адская роса», слыхал о таком? Тысяча монет за грамм концентрата.

– Ничего себе! – обалдел я. – А что ж так дорого?

– Грамм, – поучительно произнесла Кло, – делится на несколько тысяч порций…

– Да хоть на миллион! – отмахнулся я. – Чего в нем такого?

– Такого?!! Да это сильнее эндорфина почти втрое!

– Ооо… – уважительно протянул я. – Тогда это круто. И что мы с ним будем делать?

– Да что с ним сделаешь? – ответила она. – Утопить разве что…

– Перестань. Еще рыбу потравишь, – оборвал я ее. – Есть у меня на этот счет одна мысль. Ладно, пойдем отсюда. Судя по курсографу, нам еще часов пять топать. Надо бы и перекусить чего.

Позже, сидя в мягком кресле рубки и истребляя найденные в капитанской каюте деликатесы, я излагал свои соображения: