Порция радостно посмотрела на Онорию.

– Надо же, ты и Тремонт! Кто бы мог подумать!

– А вот я сразу догадалась! – Джульетта, занимавшаяся разборкой высокой стопки поздравлений и пригласительных карточек, гордо выпятила грудь. – Не зря Онория уже несколько недель носит это кольцо-талисман, которое со временем непременно проявляет свою магическую силу.

Сама Онория, сидя у камина, неподвижно смотрела на пляшущие языки пламени. Внезапно она подняла голову.

– Интересно, когда это ты узнала об этой легенде?

– Не помню, но уже давно.

Порция серьезно кивнула и заглянула в очередную коробку с подарком.

– Об этом все говорят. Мы думали, что все это сказки, а оказывается, правда. – Она достала из коробки сверток и рассмеялась. – Смотрите – еще один заварной чайник. К тому времени, когда вы поженитесь, у вас будет целая сотня таких чайников!

Однако Онория не разделяла энтузиазма сестры: она уныло глядела на кольцо, поблескивающее у нее на пальце. Не нужны ей ни несчастные чайники, ни приглашения! Она, разумеется, желала всем своим сестрам удачного замужества, но ни в коем случае не за счет утраты собственной свободы.

Впрочем, их с Тремонтом союз вовсе не означал конец свободе, ведь их брак заключен не по любви, а под давлением сложившихся обстоятельств. Все случилось именно из-за Тремонта, который, хладнокровно объяснив, что в парке оказались свидетели постыдной сцены, тут же заявил об их помолвке, и как только грум привел пойманную лошадь, проводил Онорию домой, за всю дорогу так и не промолвив ни слова.

Онория была слишком ошеломлена происшедшим, поэтому тоже не находила слов: она только заботилась о будущем Кассандры и вовсе не собиралась выходить замуж, тем более таким ужасным способом!

Теперь Маркус будет воспринимать ее как обузу: если уж они с самого начала не могли найти общий язык, то когда их свяжут узы брака, отношения между ними станут еще более натянутыми и отчужденными.

Как будто в подтверждение ее худших опасений, Тре-монт не появлялся целых четыре дня, лишь присылал короткие сухие записки, спрашивая ее мнение о различных вопросах в связи с предстоящей свадьбой. Желая избегнуть еще большего скандала, он решил провести бракосочетание как можно скорее и сам занялся всеми хлопотами, ни к чему ее не привлекая, в результате чего Онория осталась одна наедине со своими мыслями. Так и недолго с ума было сойти. На ее просьбы срочно встретиться маркиз отделывался обещаниями явиться, как только все организует.

Самое досадное заключалось в том, что у них действительно не было иного выхода. Леди Персивал не замедлила оповестить весь город об их случайном объятии в парке, и если бы Онория отказалась выйти замуж за маркиза, то безнадежно погубила бы и себя, и сестер. Любой скомпрометированный в глазах общества человек бросал грозную тень на репутацию родственников, если только они не были достаточно богатыми или не обладали неуязвимым положением. К сожалению, у ее сестер не было ни того, ни другого.

– Это будет грандиозная свадьба, правда? – в сотый раз спросила Порция.

– Нет, – мягко ответила Онория, которой меньше всего хотелось становиться женой человека, который женится на ней исключительно из чувства долга.

Она со стыдом вспомнила свой визит в Тремонт-Хаус. Не дождавшись, когда маркиз соизволит ее навестить, она не выдержала и сама отправилась к нему в сопровождении миссис Кембл, однако дворецкий сообщил ей, что хозяина нет дома.

Онория ему не поверила: было всего девять часов утра и скорее всего маркиз еще не вставал, но ей ничего не оставалось, как только оставить ему записку и ни с чем вернуться домой.

Тогда он даже не потрудился ответить. Онория беспокойно заерзала в кресле. В жизни она не чувствовала себя так тоскливо и безысходно. Утром ока отправила Тремонту еще одно письмо, в котором потребовала, чтобы он немедленно пришел к ней, и в противном случае пообещала снова явиться к нему в дом, где на этот раз ее не сможет остановить никакой дворецкий. Разумеется, он и это послание проигнорирует, но она хотя бы дала выход обуревавшим ее чувствам.

Внезапно дверь открылась, и в гостиную, сияя восторженной улыбкой, вошла миссис Кембл.

– О, мисс Онория, он приехал!

Ну вот, наконец-то! Испытывая одновременно огромное облегчение и невероятное раздражение, Онория встала и машинально расправила складки юбки. Только теперь она сообразила, что на ней все еще надето старое платье, хотя у нее уже появилось несколько новых...

Все в гостиной выжидательно смотрели на нее, поэтому она постаралась как можно спокойнее произнести:

– Пригласите его светлость пройти в гостиную.

Миссис Кембл поспешно бросилась исполнять распоряжение.