– И ты считаешь, это из-за того, что у меня не было твоих родителей-космополитов, которые бы позволяли мне мотаться по всему свету?

– Эй, полегче! – предостерегла Кэт. – Не следует так откровенна демонстрировать свою неприязнь. И вообще, перестань ко мне придираться, будто ты директор школы.

– Не думал тебя задеть.

– Извинения приняты, – язвительно бросила Кэт. – Ладно. Так чем ты вообще хочешь заняться в жизни?

– Надеюсь, что когда-нибудь стану делать фильмы, в которых будет какой-то глубокий смысл. И работу у мистера Зандака я расцениваю как хорошую школу.

– М-да… Тогда будь поразборчивее и не перенимай у него всего, что он умеет.

– В мире кино мистер Зандак – большая величина.

– Скажи правду, Джонас, тебя злит, что он собрался финансировать мой фильм?

– Уверяю тебя, тут нет ничего личного.

– Ладно, давай сменим тему. – Кэт взглянула на часы. – Который сейчас час в Австралии? Мне надо мужу позвонить.

– Все-таки рано ты замуж выскочила.

– О господи, дался тебе мой возраст… – Она вздохнула. – Что ты никак не успокоишься?

– По статистике, большинство женщин выходят замуж после двадцати пяти.

– А чего ждать?

– Разумные люди не торопятся.

– А кто тебе сказал, что я разумная? Я личность непредсказуемая, пора бы догадаться.

– Джамп у тебя был первый парень?

– Ха! – хмыкнула Кэт и отпила воды. – Это просто уморительно. А откуда, по-твоему, я набрала материал для «Пропащей»? Это же про меня, ты не понял? Кстати, а как у тебя с личной жизнью?

– Почему ты всегда отвечаешь вопросом на вопрос?

– У меня пытливый ум.

– Не сомневаюсь.

– Так как? Есть у тебя… партнер?

– Что ты называешь партнером?

– А то не знаешь! – Кэт решила дожать его до конца. – Ты с кем-нибудь живешь?

– Намекаешь, что я голубой?

– Я этого не говорила…

– Но ведь подумала?

– О'кей, сдаюсь. Так ты голубой, да?

– Господи! – простонал Джонас. Этой девицей он уже был сыт по горло. – Мне жаль тебя разочаровывать, но я, увы, не голубой.

– Вот те на! – воскликнула Кэт. Как это она так промахнулась? – Не обижайся, просто мы в таком неординарном месте находимся, сплошь красотки в шортиках и бикини, а ты ни разу ни на одну не взглянул.

– Когда я с дамой, я на других женщин не смотрю.

– Я ведь не твоя дама.

– Уверяю тебя, – нахмурившись, повторил Джонас, – я не голубой.

– Ладно, ладно, я тебе верю. Может, еду закажем? Я страшно проголодалась.

– Думаю, прежде чем читать твой сценарий, мне надо тебя кое о чем предупредить, – сказала Лола, двусмысленными движениями поглаживая ножку своего бокала.

– О чем же? – отозвался Мерил и раскурил очередную сигару.

– Ты же не позволишь этой девице быть режиссером фильма?

– Лола, это ее проект.

– И что с того? Командуешь-то тут ты.

– Она талантлива. Ты же видела «Пропащую».

– А еще она – неопытная. Я не могу работать с такой зеленью. Прочесть – прочту. Понравится – тогда поговорим. Ты, надеюсь, знаешь, что со мной теперь согласовывают партнера и режиссера?

– Нет проблем, – согласился Мерил. Он весь лоснился от пота. – Если решишь сниматься, все твои условия будут выполнены.

– А вот и мой пресс-секретарь, – объявила Лола и махнула Фей, которая быстрым шагом приближалась к их столику. – Интервью и еще раз интервью… Ну, ты знаешь, как это бывает.

– А ты здорово пашешь на экране, Лола, – заметил Мерил. – Мои-то актрисы гребут лопатой да еще выкобениваются. А ты профессионал. Восхищаюсь тобой.

– Спасибо за ланч, Мерил, чудесно пообщались, – любезно проговорила Лола и потянулась за очками. – Всегда рада тебя видеть.

– Ты сегодня на моем приеме будешь?

– А как же!

– И мужа своего приведешь?

– Конечно.

– Значит, с Тони Альваресом у тебя все?

– Все, – подтвердила Лола и надела очки.

– От Тони одни неприятности. Ты правильно сделала, что от него избавилась.

Лола кивнула, делая вид, что целиком разделяет эту точку зрения. На самом деле все было совсем наоборот. Ну почему все считают себя вправе критиковать ее личную жизнь? Будет спать с тем, с кем захочет! Кому не нравится – это их проблема.

Когда Фей подошла, Лола встала из-за стола, а Мерил остался сидеть. «Невоспитанный сукин сын, – подумала она. – Грубиян, но влиятельный. А влияние – это главное».