Шрифт:
Только когда они вернулись в снятую им квартиру, Лаки взглянула на мужа, рассмеялась и сказала:
– Эй, погоди, у нас великолепная квартира в Нью-Йорке. Что мы делаем в этой трущобе?
– Так романтичнее, – ответил Ленни. – Никто не знает, где мы. Никаких звонков. Вообще ничего. Мы тут переночуем и с утра полетим в Лос-Анджелес.
– Прекрасно.
– А теперь чего тебе хочется?
Она опять подумала, до чего же она его любит. И как по нему соскучилась.
– Я хочу китайской пищи, музыку Марвина Гея и великолепного секса.
– Индийской пищи, Билли Холидей и великолепного секса.
– Полагаю, если мы не можем договориться насчет еды, то ей придется подождать.
– Видно, придется.
Лаки пожала плечами.
– Ну и если мы никак не можем решить кого выбрать, Марвина или Билли, то и им придется подождать?
Он тоже пожал плечами.
– Что же… – произнесла она медленно, – похоже, что ничего не остается, кроме…
И вместе они закричали:
– Великолепного секса!
Затем, смеясь, они упали друг другу в объятия.
55
Когда Поль Уэбстер упомянул парк, он, безусловно, не имел в виду «Зеленую таверну». Дина, с ног до головы одетая в продукцию фирмы Шанель, выяснила это сразу же, как он заехал за ней.
– Устроим пикник, – сообщил он.
Она величественно подняла бровь.
– В самом деле?
– А почему нет? Вам понравится.
Ей не хотелось напоминать ему, что взрослые женщины, имеющие богатых мужей и одевающиеся у Шанель, не ходят на пикники в парк.
– Я одета неподходяще, – объяснила она.
– Можно переодеться.
– Не думаю, – возразила она.
Он внимательно присмотрелся к ней.
– Вы что, нервничаете?
Она развеселилась.
– Как это ты можешь заставить меня нервничать? Я же тебя знаю с пеленок.
– Переоденьтесь, Дина, – повторил Поль.
Он явно настроился решительно, поэтому она уступила, поспешила наверх, сняла одежду от Шанель, надела спортивный костюм от Кристиана Диора и кроссовки.
Поль ждал в холле. Любопытно, что думает дворецкий?
Да что он может думать? В конце концов, Поль по возрасту годится ей в… младшие братья.
Мартина опасаться не приходилось, он находился в офисе. В субботу муж всегда уходил рано и никогда не возвращался раньше шести или семи вечера. То же самое в воскресенье. Они иногда проводили выходные в их доме в Коннектикуте. Если такое случалось, Мартин обычно не отходил от телефона и факса. Настоящий трудоголик. Совсем не умел расслабляться.
Интересно, а со Стервой он расслаблялся?
Удавалось ли Стерве заставить его забыть про дела хоть на пять минут?
Дина постаралась избавиться от этих мыслей. Вредно все время думать о Мартине и Венере Марии. Выбросишь из головы, и, может быть, их отношения сойдут на нет, а Мартин снова будет принадлежать только ей.
Если же такого не произойдет… если же Стерва попытается завладеть им…
Дина вздохнула. Она знала, что сделает.
Когда она появилась, Поль с одобрением посмотрел на нее.
– Настоящая спортсменка, – похвалил он, оглядывая ее с головы до ног. – Теперь мы можем отдохнуть и повеселиться.
– Как мы доберемся до парка? – спросила она, когда они вышли на улицу. Дина уже жалела, что поддалась на его уговоры.
Он взял ее за руну.
– Пойдем пешком.
Она быстро выдернула руку.
– Я не хожу пешком.
Поль с любопытством взглянул на нее.
– Вы не ходите пешком? Забавно. Вроде бы ваши ноги с виду вполне способны передвигаться.
– Не глупи, Поль. Мы возьмем такси.
Но он хотел доказать, что он мужчина, и настоять на своем.
– Мы пойдем пешком.
Дина надела большие темные очки и от души понадеялась, что они не столкнутся ни с кем из знакомых. Хотя что плохого в прогулке по городу с молодым сыном Эффи? И все же…
Она вошла в Центральный парк с таким ощущением, как будто совершает путешествие в дикие места. Дина не могла припомнить, когда в последний раз находилась вблизи такого количества людей. Она жила в разреженной атмосфере и среди людей чувствовала себя неуютно. Но приходилось признать, что это разнообразило жизнь. И внимательный Поль Уэбстер оказался весьма занимательным. Кроме того, требовался некто, говорящий о ее красоте, уме, привлекательности, то есть обо всем том, о чем Мартин уже давно перестал упоминать.