— За нами не станет! — пообещала Эмили.

— Правда? — засмеялся он.

Через два дня, среди ночи, когда все домочадцы спали, Сэм руками откатил мотоцикл подальше от дома и только тогда решился его завести.

— Не бойся, его не разбудишь, — заверила Эмили, усаживаясь на заднее сиденье и помогая устроиться сестренке. — Он спит мертвым сном, а храпит так громко, что и медведя бы не услышал.

— Это я знаю, но он же псих, как все извращенцы, — заметил Сэм, засомневавшись в целесообразности предприятия. — Если он нас поймает, нам несдобровать.

— Не поймает, — успокоила Эмили.

— Можно, конечно, сдать его в полицию, — сказал Сэм. — Он многоженец, а это противозаконно.

— Правда? — удивилась Дэни и подумала, как было бы здорово, если бы на Дэшела надели наручники.

— Ну да, — без тени сомнения произнес Сэм. — А кроме того, из вас девятерых никто и в школу-то не ходил. Это уж точно противозаконно.

— Я сама учила Дэни читать и писать, — с гордостью объявила Эмили. — Она много знает.

При мысли о предстоящем приключении у Дэни начинало сильнее биться сердце. До сего дня она знала только одну жизнь — ранчо, где Оливия заставляла ее работать в поте лица. Изо дня в день она кормила скотину, стояла у плиты, стирала, шила и драила. Обязанностей у нее было не счесть.

Она прижалась к сестре, обхватила ее руками за пояс и стала молиться, чтобы им удался побег и чтобы Дэшел их никогда не нашел.

Когда впереди показались огни Лас-Вегаса, сердце у нее зашлось.

— Как в сказке! — ахнула она, крутя головой по сторонам.

— Это еще что! — усмехнулся Сэм. — То ли еще будет!

Оказавшись на Стрипе [1] , Дэни и вовсе лишилась дара речи.

— Бог ты мой! — выдохнула она. — А люди-то, люди…

Они дважды проехали по центральной улице туда и обратно, после чего Сэм остановился возле кафе и купил им по гамбургеру, молочному коктейлю и по большому куску яблочного пирога.

— Так. И что мне теперь с вами делать, коли уж мы здесь? — произнес он, снова задумавшись, не совершил ли он большую ошибку.

— Пусти нас к себе ночевать на пару дней, на полу, — предложила Эмили. — Обещаю, мы тебе мешать не будем! Завтра мы обе пойдем в город искать работу, а после этого подыщем себе жилье. Тебе не придется жалеть, что ты нас вызволил.

— Работу вам не дадут, пока у вас не будет карточки соцстраха, — напомнил Сэм.

— А что это такое? — удивилась Дэни.

— Это то, что есть у каждого человека и должно быть у вас.

— А как ее получить? — спросила Эмили.

— Понимаешь… — Сэм задумался. — Вообще-то, есть у меня один знакомый, он знает одного парня, который мог бы помочь. Надо полагать, свидетельств о рождении у вас тоже нет?

— Нет, — призналась Эмили. — Скажи спасибо, что одежда есть.

Спустя десять дней Сэм принес две поддельные карточки социального страхования.

— Ты лучше всех! — Эмили бросилась ему на шею и звонко поцеловала в губы.

— Ты такой милый, — застенчиво прибавила Дэни. — Бог тебя вознаградит за твою доброту.

— Прекрати эти разглагольствования, — оборвала Эмили и сердито посмотрела на сестру. — Мы уже не на ранчо.

— Извини, — пролепетала Дэни.

— Видишь, как он нас держал? — продолжала Эмили. — Угрожал, внушал, что на все воля божья. Что ж, и на то, чтобы он с нами спал, тоже «воля божья»?

— Это, вообще—то, инцест, — со знанием дела сообщил Сэм.

— А что такое инцест? — спросила Дэни.

— Сходи в библиотеку и прочти, — посоветовал Сэм.

— А что такое библиотека?

— О боже! — воскликнула Эмили. — Я думала, я тебя этому научила.

— Значит, плохо учила, — хохотнул Сэм. Вооружившись поддельной карточкой соцстраха и соврав, что ей уже семнадцать, Дэни поступила на работу горничной в один большой отель. Эмили в этом же отеле нашла место официантки. Они смогли наконец выехать от Сэма и снять себе маленькую квартирку, хотя Эмили все равно все свободное время проводила у Сэма.

А Дэни в свободное время ходила в библиотеку и впитывала информацию, как губка. Она тянулась к знаниям и была полна решимости их получить.

Не зная о ее юном возрасте, за ней пытались ухаживать мужчины, пораженные ее красотой. Но сама мысль о близости с мужчиной повергала Дэни в дрожь. Ее выдающийся папаша Дэшел навсегда отбил у нее охоту до сильного пола. Часто ночью она с содроганием вспоминала о той пакости, которую он заставлял ее делать, когда она еще была ребенком. Здесь потрогай, там погладь, тут полижи…

Дэни никому об этом не рассказывала и старалась стереть из памяти кошмарные воспоминания. Молоденькая девушка в большом городе, теперь она постигала науку выживания.

Вторник, 10 июля 2001 года, Лос-Анджелес

— Так что ты хотел мне показать? — пробормотал Энди Дейл, входя в роскошный кабинет Винсента.

Тот уселся за огромный стол красного дерева и в упор посмотрел на щуплого актеришку.