Нандо пожал плечами.

— Как скажешь, — пробурчал он, все еще расстроенный тем, что партнер не поддержал его затею. Ну что особенного — проститутки и наркотики? В Вегасе такая традиция. Все делают на этом деньги. А они что, хуже? Можно подумать, Винсент с луны свалился.

Дождавшись, когда приятель скроется из виду, Нандо повернулся к жене:

— И где она?

Джоли отхлебнула шампанского.

— Увидела Энди Дейла и побежала к нему. Мне не удалось ее удержать.

— Дьявол! Теперь Вине с него три шкуры спустит, — сокрушенно произнес Нандо. — Мальчик зарабатывает на жизнь своей мордашкой. Куда же он денется с разбитой челюстью?

Джоли пожала плечами и постучала по столу длинными ногтями с серебристым лаком.

— А ты-то что такой сердитый?

— Да Винсент совсем перестал меня поддерживать, — нахмурился Нандо. — Похоже, наше с ним партнерство затянулось.

— Глупости, — усмехнулась Джоли. — Вы же с ним как братья!

— Да, — угрюмо согласился Нандо. — И нередко случается, что одному из братьев надо вовремя убраться из дома, пока они не перерезали друг другу глотки.

Накричавшись вволю, София так ничего и не добилась от портье, который, в свою очередь, пригрозил вызвать полицию.

— Зови! — проорала она ему в лицо. — Именно это мне и нужно!

В этот момент в фойе появился высокий мужчина в дорогом костюме и, как выяснилось, владеющий и испанским, и английским.

— У вас проблема? — спросил он с легким акцентом.

— Еще какая! — София мрачно уставилась на него.

— Объясните, пожалуйста, в чем дело. Может, я вам сумею помочь.

Она рассказала, что случилось, и мужчина немедленно взялся за дело. Для начала он снял пиджак, накинул девушке на плечи и попросил ее успокоиться. Потом спокойно объяснил ситуацию портье, и тот нехотя согласился сопроводить Софию наверх.

— А вы не пойдете? — повернулась она к незнакомцу. — Кто-то ведь должен меня защитить.

— Ну… если это необходимо…

— Еще бы!

Втроем они сели в лифт и в молчании доехали до верхнего этажа. Там София принялась кулаками колотить в дверь пентхауса. Наконец Пако приоткрыл дверь, не снимая цепочку.

— Радуйтесь, подонки, что я не подаю на вас в суд! — прокричала София. — Мне пришлось прыгнуть с балкона, чтобы спастись от вас, мерзкие извращенцы! Как, по-вашему, к этому отнесся бы суд?

Пако ответил по-испански, отчаянно жестикулируя. София не поняла ни слова.

— Где ваша сумочка? — спросил высокий незнакомец.

— Там, внутри, — ответила девушка, показывая за спину Пако.

Мужчина что-то сказал по-испански, и, судя по всему, его слова возымели действие. Тут же за спиной Пако возник его приятель с сумочкой, сунул ее в дверь и моментально заперся.

— Что вы им сказали? — требовательно спросила София. — Вы сказали, что таким козлам мало члены отрезать?

— Что за выражения! — произнес высокий, взял ее под локоть и повел к лифту.

— А вы попробуйте выпрыгнуть из окна и сохранять спокойствие! — бушевала София. — Мне еще повезло, что осталась жива!

Лифт спустился, они вышли, и портье чуть не бегом бросился за стойку, желая поскорее от них избавиться.

— Вам есть где ночевать? — поинтересовался высокий.

— Конечно! — проворчала София. — Господи! Таких козлов надо держать взаперти.

— Хотите, я отвезу вас домой?

— Все в порядке, — отказалась она, возвращая пиджак. — Я возьму такси.

— Вам мало приключений?

— Хм-ммм… — Она мялась. — При одном условии: вы пообещаете, что не станете приставать ко мне в машине. Вы видели, что бывает с теми, кто хочет меня обидеть.

— Да уж, вижу, — усмехнулся он.

— А кстати, вы кто?

— Меня зовут Джанни Руспели.

— Ничего себе! Вы — знаменитый модельер? Джинсы, такие крутые, шьете? Известная марка! То-то, я смотрю, лицо знакомое.

Он сдержанно рассмеялся:

— Вообще-то я кутюрье. А джинсы — это так, что-то вроде доходного развлечения.

— Ну кутюрье, какая разница. Правда, я не знаю, что это значит…

— А вы не хотите представиться?

— Меня зовут София.

— София. Красивое имя. Подходящее для сумасбродной красотки.

— Я не сумасбродная и не красотка. Меня просто вывели из себя.

— Тогда, моя милая, можно считать, что гнев вам очень к лицу.

Он дал портье на чай, и они вышли. У обочины стоял сверкающий черный «Бентли». Из машины выскочил шофер и, вытянувшись по струнке, открыл им дверцу.

— Вы будете сердиться. С меня натечет на вашу обивку, — проговорила София, осторожно садясь в машину.