Раздвинув Ариэл ноги, Леон осторожно просунул между ними пальцы, ища отверстие, готовое принять его. Вот оно — маленькое, тесное, горячее, влажное, принадлежащее только ему. Бедра Леона напряглись, готовые начать привычное движение. Обхватив ладонями запястья Ариэл, Леон закинул ей руки за голову и, держа их там, осторожно вошел в нее. Голову пронзила внезапная мысль: неужели так легко?

Ариэл вскрикнула от неожиданности, но не почувствовала никакой боли. Почему?

Но Ариэл сейчас меньше всего думала о себе, ее больше интересовал Леон и его чувства. Он целиком вошел в ее тело и затих. Ариэл стала бояться, что не оправдала его ожиданий. Ее сердце сильно забилось, и она стала нервничать. А что, если это конец? Что, если он сейчас встанет и с презрением, так хорошо ей знакомым, посмотрит на нее? Если это случится, ей больше никогда не придется испытать настоящую страсть.

К счастью, она в это время почувствовала, что его тело снова пришло в движение. Темп становился быстрее, и он продвигался все дальше, зарываясь все глубже и глубже, пока в ее теле не осталось ни одного свободного места. В ее теле и в ее душе.

Он овладел не только ее телом, но и ее сознанием, став для нее целым миром. Ариэл слышала свое прерывистое, учащенное дыхание. Она открыла глаза и увидела его склоненное к ней лицо, сильные плечи. Его руки как тиски держали ее руки. Приподняв голову, Ариэл лизнула его мускулистую руку. На губах остался вкус соли и чего-то мужского. Даже запах Леона был ей приятен и действовал на нее возбуждающе. Это был запах опасности и запретной страсти.

Сама того не замечая, Ариэл стала двигаться в такт движениям Леона, которые становились все быстрее и быстрее.

— Чудесно, — прошептал он. — Помогай мне.

Его слова воодушевили Ариэл. Согнув в коленях ноги, она положила их на его спину, и ее движения стали более плавными и равномерными.

Издав короткий крик, Ариэл стала губами искать губы Леона. Их губы встретились, и Ариэл жадно припала к ним, в то время как ее тело двигалось в такт движениям Леона. Ее тело было легким и податливым. Вся неловкость куда-то исчезла. Впервые в жизни она осознала свою женственность, поняла, до чего же хорошо быть желанной и отдаваться мужчине.

Сильное и незнакомое раньше желание горячей волной поднималось из глубин ее тела. Ей хотелось освободить руки и ласкать Леона, ласкать до бесконечности.

Голова Ариэл теснее прижалась к подушке, губы раздвинулись, обнажив зубы. Она закрыла глаза и отдалась своей страсти, пока Леон не уронил голову ей на грудь в сладострастном упоении.

Ариэл молчала, охваченная страхом, что в ней благодаря Леону может зародиться новая жизнь. Постепенно сознание стало возвращаться к ней, и она почувствовала тяжесть его тела.

До Леона тоже дошло, что ей должно быть тяжело, и он переместил тяжесть своего тела, облокотившись на руки.

— Прости, — прошептал он. — Я не подумал.

Ариэл кивнула и погладила живот, стараясь успокоить все еще трепещущее тело. Она вздохнула и замерла в ожидании.

Леон поднял голову с ее груди. Место, где лежала его щека, было покрасневшим и влажным.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил он.

— Чудесно. Только…

— Что только?

— Мне интересно… мне только что пришло в голову… я хочу знать… что это — все?

— Что все? — спросил Леон, все еще не в силах перевести дыхание. — А чего ты ожидала? Что с потолка слетят ангелы, затрубят в трубы и осыпят тебя лепестками роз?

— Не совсем этого, — ответила Ариэл.

Леон провел рукой по мокрым волосам и, как показалось Ариэл, с сожалением посмотрел на нее.

— Тогда чего же? — спросил он. — Может, ты ждала, что после этого я буду уметь ходить по воде? Я могу попробовать. В этом проклятом месте есть озеро и пруд. Может сойти и фонтан. Кажется, их здесь семь, не так ли?

Леон перевернулся на спину и захохотал, глядя на расписной потолок.

— Заметь, я вовсе не жалуюсь, — сказала Ариэл, избегая смотреть на Леона. С нее достаточно было его голоса, в котором она уловила разочарование. — Я хочу сказать: ты был просто великолепен.

— У тебя дурная привычка говорить с апломбом то, в чем ты совершенно не разбираешься. Как ты можешь знать, великолепен я или нет? Я что, у тебя не первый?

Сердце Ариэл упало. Неужели в его голосе был упрек, или ей только показалось?

— Зато в тебе подозрительности на двоих, — сказала она в потолок. — У тебя есть основания сомневаться в моей девственности?

Последовало молчание.

— Нет, — наконец ответил Леон. — Ты так же пуглива и неумела, как и все девственницы.

— Спасибо.

— Это вовсе не комплимент, Ариэл.

— Да?

Снова наступила тишина. Краешком глаза Ариэл увидела, что Леон заложил руки за голову. Вид его подмышек и вздымающейся груди снова возбудил Ариэл. Пульс ее участился, в ногах появилась слабость.