– Хорошо. – Она позволила Мэдоку повести ее за руку к двери. – Но мы не можем отлучаться надолго. Я пообещала Адаре зайти к ней в гости. – И Танон ободряюще посмотрела на Ребекку, хоть та совсем не выглядела испуганной.

Танон с изумлением обнаружила двух оседланных лошадей, стоящих перед домом. Значит, Мэдок с самого начала знал, что она не откажет ему. Танон уперла руки в бока и собралась уже высказать ему все, что об этом думает, когда валлиец широко улыбнулся ей.

– Вдоль реки идет дорога, по которой мы сможем быстрее добраться до луга. И не нужно так сердито смотреть на меня. Я следил за тем, чтобы лошади не затоптали пшеницу Гарета, когда вел их сюда.

Он вскочил в седло и, протянув руку, крепко схватил поводья Танон.

Ребекка зашла в таверну и огляделась. Ее брови нахмуренно нависли над светло-голубыми глазами. Она не привыкла к подобным местам. Несколько мужчин сидели за деревянными столами, на которых так часто ставили мокрые Кружки, что за эти долгие годы они оставили на дереве круглые белые отпечатки. Сладкий запах брагауда и эля наполнил легкие Ребекки и заставил сжаться желудок. Она надеялась, что Хереворд не пьянствует с самого утра. Бранд никогда не притрагивался к бутыли до ужина и… Ребекка заставила себя остановиться. Неужели так трудно перестать думать о нем? Да, ответила она себе. Она любила его двадцать лет подряд. Ей потребуется некоторое время, чтобы привыкнуть к тому, что в ее жизни появился другой мужчина.

Она опять обвела взглядом таверну. Хереворда тут не было. Ребекка почувствовала облегчение и направилась к выходу.

Ее сердце столько лет было в плену! Но путы были сломаны, разбиты в пух и прах могучим воинственным саксом. Сначала она уделила Хереворду немного времени, а потом захотела сделать это еще раз, а потом – опять, пока часы, проведенные без него, не стали казаться ей днями. За последние несколько дней Ребекка увидела в нем гордого человека, уверенного в своих силах воина, мужчину, который напомнил ей о ее происхождении и родном языке. Хереворд мог напугать дюжину солдат и их предводителя, только лишь назвав свое имя. Но рядом с ней он становился другим. Он заставлял ее смеяться, думать и чувствовать.

– Добрый день, Падриг, – сказала она, когда увидела плотника, выходящего из мастерской. – Я ищу Хереворда. Он тут?

– Хереворда? – Падриг искоса посмотрел на нее. – Не видел его, госпожа.

Ребекка остановилась у входа в мастерскую и заглянула внутрь.

– Простите меня. Мэдок сказал, что Хереворд пошел переговорить с вами.

Падриг пожал плечами, поднял длинную сосновую доску и понес ее к двери.

– Может быть, он с леди Танон?

Ребекка покачала головой.

– Леди Танон поехала с Мэдоком собирать цветы.

Теперь уже Падриг в недоумении остановился и кинул на Ребекку взгляд, в котором ясно читалось, что он считает ее самой большой лгуньей в Кимре.

– Что собирать с Мэдоком?

– Не важно, – сказала Ребекка, глядя на Иона, идущего в конюшню. – Если вы увидите Хереворда, то передайте ему, что я ищу его.

Она не стала дожидаться ответа и пошла мимо плотника к стойлам. Ребекке хотелось спросить Иона, не видал ли он Хереворда.

Почему-то ее насторожило, что Ион сначала огляделся по сторонам и только потом исчез в конюшне. Замедлив шаг у входа, она толкнула дверь и заглянула за порог. В стойле фыркнула лошадь, но больше никаких звуков не было.

– Йон? – мягко произнесла она и вошла внутрь. Она оставила дверь открытой, чтобы лучи света проникали в помещение. – Ион? – еще раз позвала Ребекка, на этот раз погромче.

В дальнем конце конюшни, в предпоследнем пустом стойле над ограждением появилась голова Иона.

– Одно мгновение, Ребекка. – Он поднял вверх ладонь, запрещая идти дальше.

Вдруг в воздухе взметнулся кулак, настолько большой, что он мог принадлежать только ее гиганту-саксу, и опустился вниз с зубодробительным ударом.

Ребекка замерла на месте и, открыв рот, уставилась на нос Иона, из которого брызнула кровь за секунду до того, как валлиец исчез из виду. Она кинулась вперед и распахнула дверь стойла.

– Хереворд! – Она бросилась к нему и помогла спихнуть Иона с его груди.

Хереворд медленно сел, ругаясь под нос. Ярко-красный ручеек стекал со лба по его щеке.

– Что случилось? – Ребекка достала из кармана платья маленький платок и промокнула рану. – Это сделал Ион?

– Нет, Мэдок. – Его глаза, которые обычно смотрели на нее с нежностью, теперь горели яростным огнем.

Ребекка села, как будто Хереворд толкнул ее.

– Мэдок? – Ее лицо побелело в тусклом свете конюшни. – Это сделал Мэдок? – Он кивнул, но разум Ребекки отказывался поверить в это. – Он не мог такого сотворить. Почему? Зачем ему причинять тебе вред?

– Женщина, он сделал это, – зарычал Хереворд. – Он повел меня сюда, а потом чем-то ударил. – Он встал на ноги и помог подняться Ребекке. Оглядевшись вокруг себя, Хереворд остановил взгляд на двери. – Я не знаю, пытался ли он убить меня, но хочу, чтобы вы с Танон спрятались в доме и заперлись на засов, пока я не разузнаю, в чем дело.