Стук в дверь побудил Хереворда вскочить на ноги. Он бросил еще один взгляд на Танон, а потом позволил войти одному из королевских стражников.

– Никого сюда не пускайте, – приказал ему Хереворд, покидая комнату.

Позже он поможет ей все понять. Сейчас его ожидали гораздо более неотложные дела.

К крепости направлялись фальшивые трубадуры. Возможно, теперь они чувствовали себя менее уверенно, ведь с ними больше не было залога мира от норманнского короля. Но от этого враги не стали менее опасными. Наверное, даже наоборот.

Хереворд шел к главному залу по низким коридорам замка; стены которых были задрапированы шерстяными тканями. В крепости царила зловещая тишина. Слуги, что вчера вечером сновали тут, были отпущены домой. Всем стражникам крепости был отдан приказ оставить свои посты и постараться быть незаметными для постороннего взгляда.

Хереворд посмотрел вниз с площадки второго этажа и увидел Гарета, сидящего за длинным столом из гладких дубовых досок. Он тихо разговаривал с повелителем южного Уэльса.

Сакс недовольно заворчал. Ему было все равно, как валлийцы вели свои дела. Но казалось безумием, что король решил предстать перед врагами настолько беззащитным. На месте Седрика или Дафидда его бы крайне насторожило отсутствие стражников. Но Олуин заверил его, что Риз часто принимал своих вассалов в одиночестве. Его очень любили на юге. Может, это так и есть, но сегодня к нему шли люди с севера.

Осмотрев зал, Хереворд заметил легкое колебание занавесей, что отгораживали два длинных коридора, находившихся прямо под ним. Теулу Гарета были надежно спрятаны и ждали появления врагов.

Хватит ли их, чтобы остановить Седрика и людей Дафидда? Хереворд вытащил из ножен свой большой меч и шагнул в тень. Должно хватить.

Минуты текли одна за другой, и голоса Гарета и Риза поднимались, доходя до слуха Хереворда. Они разговаривали о детях Риза, Несте и Груффиде, надежно спрятанных далеко отсюда. Они обсуждали Танон и мир с норманнами и делали это совершенно обычным тоном, в котором не было и намека на скрытое под маской спокойствия томительное ожидание.

Двери крепости злобно заскрипели, возвещая появление дворецкого короля, Баддона. Сухой тростник затрещал под его ногами, когда он повернулся к сидящим за столом.

– Певцы и фокусники просят встречи с вами, ваше величество.

– Сколько их?

– Двадцать.

– Пусть войдут.

Хереворд сжал рукоятку меча и приготовился к битве.

Гарет смотрел на входящих в большой зал трубадуров. Разум приказал ему дышать ровнее. Дышать и перестать думать о Танон, которую он оставил наверху. Она дрожала, была мокрой и перепуганной – ведь в прошлую ночь стихия разгулялась не на шутку. Но безучастное выражение лица и потухшие глаза жены встревожили его. Она не сказала ему ни слова. Она не посмотрела на него.

Гарет боролся с желанием побежать вверх по лестнице и поговорить с Танон, успокоить ее. Сказать, что теперь она в полной безопасности. Что она все это время была в полной безопасности.

Боже, как ему хотелось обнять ее!

Гарет шумно перевел дыхание. Ему следует сосредоточиться на том, что происходит сейчас.

Взгляд сразу нашел трех человек, чьи лица были спрятаны под капюшонами плащей. Седрик, Мэдок и Дафидд. Единственные, кого он мог распознать.

Отметив их позиции, Гарет встал и обошел вокруг стола.

– Ну что ж. – Он чуть сощурил глаза и едва заметно улыбнулся. – Вы получили встречу с королем, как и хотели. – И Гарет направился в их сторону. – Вам нужно время, прежде чем вы покажете нам свое искусство?

Крайний справа музыкант поднес дрожащую ладонь к капюшону, скрывавшему его черты. Седрик удивился сильному стуку собственного сердца. Он был уверен, что сможет убить брата, если того не будет защищать королевская армия. Но теперь, увидев перед собой Гарета, а справа от него – короля Риза, Седрик немного засомневался в своих силах. Гарет стоял так, будто именно он был повелителем южного Уэльса, а Риз – лишь одним из принцев. В его глазах светился незаурядный ум, который пошатнул самонадеянность Седрика и заставил его посмотреть в сторону двери.

Нет, он не мог отступить сейчас. Пришло время поднять Кимр с колен. Мир достигается при помощи войны, напомнил себе Седрик. Просить о нем завоевателя – значит ослаблять страну, превращая ее в еще более легкую добычу.

Призвав всю свою решительность, Седрик сдернул с лица капюшон.

– Bore da, брат.

Жаль, что норманнской стерве удалось сбежать. Какое удовольствие он испытал бы, когда та предстала бы перед Гаретом с ножом у горла. Ну да ладно, Гарет и так будет потрясен, когда увидит перед собой своего старшего брата. Седрик посмотрел на Гарета, ожидая увидеть его растерянным, Не верящим собственным глазам. Но вместо этого Гарет нахмурился. Разочарование и сожаление – вот все, что Седрик прочитал на его потемневшем лице. Седрик отвернулся от него и перевел взгляд на короля.