Софи не договорила, поскольку в комнату со стремянкой в руках вошел Том. Генриетта спешно спрятала газету под ворохом щепок для растопки, что лежали на очаге. Нет, Софи не желала делиться с Фоксхиллом тайной происхождения Антуана. Она поспешила представить Тома подруге, объяснив, что он добровольно предложил свою помощь в ремонте помещения.

– О, сколь это галантно с вашей стороны, мистер Фоксхилл! – воскликнула Генриетта.

– Вовсе нет. Я был рад оказаться здесь вовремя.

Софи заметила, что, судя по всему, Том показался Генриетте весьма привлекательным, так как девушка зарделась и, очаровательно прощебетав какую-то ерунду, с явной неохотой отправилась на конюшню, чтобы повесить там свой плащ.

– С тобой все в порядке, Софи? – спросил Том, пристально на нее посмотрев.

– Да, – улыбка Софи получилась чересчур напряженной, и ей подумалось, что он наверняка заметил ее угнетенное состояние. – Просто теперь у меня от всех этих забот голова кругом идет. Я рада, что ты наконец познакомился с Генриеттой, потому что прежде я уже столько говорила о вас друг другу.

– Она очень милая девушка.

Установив как следует лестницу, он поднялся к потолку с ведром побелки в руках и подвесил его на вбитом в стреху гвозде. Софи, не в состоянии избавиться от раздумий по поводу прочитанного только что объявления, машинально разворачивала старое тряпье, которым собиралась накрыть от побелки немногочисленную мебель. Вернулась Генриетта и, шаловливо хихикнув, прошептала на ушко Софи:

– Ну, наконец-то я познакомилась с мистером Фоксхиллом! Какой красавец! Если бы я не знала, что он всегда приезжает неожиданно, я бы подумала, что ты намеренно стараешься его к себе привязать!

– Не говори глупостей, – резко прошептала в ответ Софи. – А то моему терпению в любое мгновение может прийти конец.

– Прости! – Генриетта виновато посмотрела на подругу.

Неожиданно встретив Тома Фоксхилла, она совсем забыла, сколь тягостное впечатление могло произвести на Софи опубликованное в газете объявление. Поскольку они не могли позволить, чтобы Том работал один, Генриетта и Софи также взялись за кисти.

Генриетта, посчитав надетый на ней головой убор недостаточно соблазнительным, все же умудрилась сделать так, чтобы ей на лицо из-под чепца ниспадало несколько дивных локонов. Когда она начала работать, к ней обратился стоявший на стремянке Том.

– А вы слышали о том, что вчера вечером произошло на морском берегу, мадемуазель де Бувье?

– Нет, – в удивлении открыла рот Генриетта. – А что случилось?

Софи рассказала в подробностях историю со вчерашним костром.

Генриетта поспешила выразить свое смятение.

– Какое ужасное недоразумение, что такой веселый вечер для детей были испорчен столь страшным образом. Слава Богу, меня там не было. Я бы со страху в обморок упала. – И, опустив на мгновение кисть, она взглянула на Тома. – Хорошо, что при вас оказались пистолеты, мистер Фоксхилл, в противном случае, судя по тому, что рассказала Софи, в общей панике вас уже бы никто не услышал.

Софи продолжала методично водить по стене кистью, но тем не менее прислушалась к ответу Тома. Он был вполне заурядным.

– Совершенно с вами согласен, но видите ли, поскольку на лондонской дороге местами еще орудуют шайки разбойников, во время путешествия я всегда готов себя защитить.

– Но носить с собою пистолеты прямо здесь в Брайтоне?! – продолжала настаивать Генриетта.

Не прерывая работы, Том лишь слегка улыбнулся.

– Конечно же, вы не боитесь, что на здешних улицах вас ограбят. А я вот вряд ли бы рискнула пройти до этого ателье тропинкой, что идет вдоль моря…

– Оставьте эти страхи. Смею сказать, что лишь в пору контрабандной луны, когда эти джентльмены заняты своим незаконным промыслом, они представляют опасность для девушек, проживающих в этой округе.

– А что, они их тогда похищают? – в ужасе пролепетала Генриетта.

– О, мадемуазель, вы еще не знаете, на что способны эти разбойники.

Но тут их беседу прервала Софи:

– Не отвлекайтесь от работы, Генриетта, Том просто вас дразнит.

Генриетта послушалась и на какое-то время в помещении воцарилась тишина, прерываемая мокрыми шлепками кистей о стены, да потрескиванием огня в камине.

Закончив работу по дому, Клара принесла в ателье поднос с закусками. Побелка была уже закончена, и все несказанно, обрадовались перерыву в работе. В помещении было довольно промозгло, окна были раскрыты настежь, чтобы апрельский бриз ускорил сушку еще влажных стен и потолка. Том подвинул скамью поближе к огню, использовав в качестве столика трехногий табурет. Подруги разделили трапезу вместе с Фоксхиллом. Подняв кружку с горячим шоколадом, он прочел по этому поводу смешной стишок.

Генриетта удивилась, когда, выпив содержимое своей кружки, она обнаружила на дне ее лягушку, но, слава Богу, та оказалась сделанной из фарфора.

– Я собиралась сама из нее пить, – извинилась Клара. – Когда мой сынок Денни еще жил здесь, он любил подшутить с помощью этой диковины над гостями.

– Вы ещё не скоро его увидите, миссис Ренфрю? – спросил Том.

Она лишь легонько покачала головой.

– Сейчас он в Йоркшире и пробудет там до тех, пор, пока солдат вновь не отправят воевать на континент.