18 октября 1941 года японская тайная полиция арестовала Рихарда Зорге и членов его организации. Когда об этом узнал рейхсминистр иностранных дел Германии фон Риббентроп, он направил шифрованную телеграмму германскому послу в Токио. В телеграмме говорилось следующее:

Послу. Лично.

Телеграммой от 23 марта 1942 года полномочный абвера в германской миссии в Чанчуне направил подробное сведение по вопросу о Рихарде Зорге... В ней отмечено, что Зорге ежедневно бывал в германском посольстве и регулярно, в конфиденциальном порядке, получал информацию от осведомленнейшего немецкого источника. При этом на протяжении долгих лет он работал на Советскую Россию, в частности на Красную Армию, так что нанесен тяжелый ущерб интересам Японии и, прежде всего, интересам Германии...

Прошу вас исчерпывающе изложить в телеграмме, которую следует направить мне лично, вашу точку зрения по этому вопросу. Если Зорге действительно сообщал регулярно в Москву по тайному радиопередатчику информацию, передаваемую ему в посольстве, то мне абсолютно необходимо точно знать, какая это была информация и от кого он ее получал. Вот почему я прошу вас об исчерпывающем докладе: верно ли то, что Зорге постоянно бывал в посольстве, с кем любил беседовать там, каким доверием пользовался. Верно ли то, что Зорге, как докладывали здесь, любил вести также лично с вами конфиденциальные беседы по внешнеполитическим вопросам? Я также прошу вас изложить ваше мнение о том, как это было возможно принять там Зорге, несмотря на его коммунистическое прошлое, в члены партии в 1934 году и по рекомендации членов тамошнего посольства в 1936 году назначить его корреспондентом «Франкфуртер цайтунг»...

Риббентроп был разгневан. Он требовал от немецкого посла ответов на многие вопросы. Он не мог поверить, что в германском посольстве в Токио на протяжении нескольких лет действовал советский разведчик, который был «другом германского посла» Отта.

Риббентроп еще ничего не знал об «Альте» и «Арийце», которые добывали сведения непосредственно из министерства иностранных дел Германии в Берлине. Он не предполагал, что в германском посольстве в Москве советская военная разведка тоже имела своего человека, который передавал ей практически все указания, которые он, Риббентроп, направлял германскому послу в СССР Ф. фон Шуленбургу.

«Альта» любила отдыхать в Швейцарии. В маленьком поселке, окруженном горами, ей принадлежала небольшая дача. Этим уютным и аккуратным загородным домом по ее распоряжению управлял Георг Альт, сотрудник кредитного общества из Фрауефельда. Поездки в Швейцарию были редкими. Они позволяли Ильзе Штёбе немного расслабиться, вспомнить счастливое детство, которое словно северное лето быстро закончилось. Ее родители расстались навсегда. Через несколько лет отец умер, оставив дочери в наследство свою любимую швейцарскую дачу. После нападения Германии на Польшу в сентябре 1939 года Ильзе Штёбе приезжала в Швейцарию редко. Но каждая такая поездка для нее была словно глоток свежего воздуха, которым она наслаждалась, вырвавшись из напряженной, переполненной заботами жизни в Берлине.

В швейцарских городах жизнь текла размеренно, как в истинно нейтральной стране, которая не хотела принимать участия в войне, уже охватившей своим пламенем почти что все европейские государства. В первой половине 1941 года Швейцария была похожа на австралийского страуса, который, почувствовав опасность, прячет голову в песок, пытаясь избежать неприятностей. Судьбе страуса завидовать трудно – она предрешена. Судьба Швейцарии иная – она прятала свою голову в золотой песок, который хранился в ее банках. Названия этих финансовых гигантов были хорошо известны и немецким фашистам, и британским консерваторам, и американским ковбоям, и советским коммунистам. Напасть на Швейцарию Гитлер не мог. Этого ему бы никто не простил.

Пользуясь своим особым положением в международном сообществе, Швейцария открывала двери всем порядочным людям, которые хотели проживать на ее территории, приумножая ее богатства, или иметь на ее территории недвижимость.

Военные успехи Гитлера в Европе пугали Швейцарию, руководители которой понимали, что опьяненная легкими победами Германия может пойти на любую авантюру. Швейцарская разведка, немногочисленная, но в достаточной степени эффективная, пыталась выявить тайные планы Гитлера и его окружения.

На территории нейтральной Швейцарии свили свои тайные гнезда разведки Ватикана, Великобритании и США, которые поддерживали контакты с представителями швейцарской разведки.

Советская военная разведка тоже смогла создать на швейцарской территории свою резидентуру. В начале это была организация, которой руководила Мария Полякова. Ее резидентура «Корона» занималась добыванием военно-технических секретов Германии.

После того как М. Полякову отозвали в Москву, ее группу возглавила Рашель Дюбендорфер («Сиси»). Пока в Москве проходила чистка Разведуправления Красной Армии «от врагов народа», группа «Сиси», получившая название «Севилья», практически не действовала. Когда резидентура «Дора», которую возглавил Шандор Радо, начала работать на территории Швейцарии, группа «Сиси» была включена в эту новую организацию.

В 1940 году завершилось формирование резидентуры «Дора», которая по указанию Центра получила агентурную радиостанцию, собственный шифр, программу радиосвязи. Первых радистов для этой резидентуры готовила прибывшая в Швейцарию для этих целей разведчица Урсула Кучински («Соня»). По указанию начальника военной разведки «Соня» обучила радиоделу помощников Шандора Радо – Эдуарда и Ольгу Хамель. «Соне» помогали также ее муж Джон и Александр Фут.

Когда «Соня» вместе с детьми выехала в Великобританию, «Дора» получил указание из Центра перевести Александра Фута в Лозанну, арендовать квартиру и установить в ней «Сонину» радиостанцию. Джон временно оставался в Женеве и поддерживал связь с Центром.