Поймав себя на слюнтяйстве, Коннор нахмурился: пора взглянуть на вещи трезво. Дэви просто-напросто переложил на его плечи все вонючие делишки, которые ему самому давно опостылели. И нечего распускать нюни из-за своего жалкого жребия! Надо либо молча выполнять эти неприятные задания, либо найти себе работенку почище. Например, в охранном бюро. А почему бы и нет, черт подери? Работая по ночам, он бы практически ни с кем не контактировал! А еще лучше наняться вахтером в какую-нибудь крупную организацию, на худой конец — уборщиком и мыть длинные коридоры опустевшего офисного здания. Благодать! Никакой нервотрепки, никакой ответственности.

Коннор криво усмехнулся, подумав, что острой нужды в деньгах он не испытывает. Свою квартиру он уже выкупил, а пакет акций одной промышленной корпорации, приобретенный им в свое время по совету прозорливого Дэви, теперь приносил стабильный доход. Старенький автомобиль и по сей день служил ему вполне исправно, дорогую модную одежду он себе не покупал, музыкальный центр его вполне устраивал, как и телевизор со встроенным видеомагнитофоном. При своих незначительных расходах он мог бы вообще не работать.

Однако перспектива праздной и бессмысленной жизни Коннора не радовала. При мысли же об одинокой старости ему порой хотелось повеситься. Он зябко повел плечами и снова выудил из кармана пиджака сигару. Все в этом мире со временем утрачивает свою первозданную свежесть и притягательность, подумал он, затягиваясь. Все разлагается и смердит. Лучше не травить себе душу постоянным поиском смысла о существования и принять жизнь такой, какая она есть.

Но превращаться в простого обывателя Коннору тоже не хотелось, хотя бы потому, что когда-то он познал сладость риска и романтику опасных приключений. В течение девяти лет он служил агентом в секретном подразделении, именуемом «Кейв», успешно работал по легенде и гордился своей миссией тайного борца с организованной преступностью.

Теперь, когда все его прежние связи порвались и он оказался предоставлен сам себе, рассчитывать на чью-то помощь и поддержку не приходилось. А коли так, то какой же ему смысл интересоваться судьбой Новака? Да пропади он пропадом, проклятый душегуб!

Коннор жадно затянулся и попытался вспомнить номер служебного телефона Ника. Память у всех Маклаудов была фотографическая, поэтому нужные цифры незамедлительно вспыхнули в мозгу. Жаль только, с горечью подумал Коннор, что этот редкий природный дар не столько облегчает ему жизнь, сколько усложняет ее. К примеру, как теперь, когда он предпочел бы забыть все, что связывало его с Эрин.

На худой конец хотя бы ее белоснежную льняную блузку, в которой она красовалась на пикнике, шесть лет назад устроенном семьей Риггза по случаю Дня независимости. Свою личную независимость Эрин продемонстрировала родителям весьма оригинальным образом — не надела под блузку бюстгальтер. Коннор не преминул этим воспользоваться и всласть налюбовался полными девичьими грудями с торчащими сосками. Эксцентричная мамаша Эрин, Барбара, заметила, что он проявляет к формам ее перезревшей дочери живой интерес, однако почему-то простила ей эту дерзкую выходку и поднимать скандал не стала. Неужели она не понимала, насколько опасен флирт Эрин с полицейским, работающим под прикрытием?

Зная по горькому опыту, что пытаться прогнать эти воспоминания бесполезно, потому что картины прошлого станут от этого только отчетливее и ярче, Коннор затянулся вонючим дымом и с опаской покосился на свой новый мобильник. Старый сотовый телефон был им выброшен в мусорный бак ради безопасности своих знакомых. Возможные неприятные последствия трагических событий минувшей осени вынуждали его строго соблюдать правила конспирации и оставаться недосягаемым для своих бывших коллег, включая Ника.

Новый же аппарат ему подарили на Рождество Шон и Дэви. Этот телефон имел массу разнообразных функций и стоил сказочно дорого. Но Коннор, безразличный ко всем этим излишествам, ознакомившись с инструкцией, запомнил только то, что представлялось ему существенным. Естественно, нужный абзац тотчас же высветился перед его мысленным взором, как на экране дисплея. Коннор нажал на кнопку «анти-АОН» и набрал номер Ника Уорда.

— Уорд слушает, — бесстрастно ответил бывший сослуживец.

— Это я, Коннор, — представился на всякий случай Маклауд.

— Ба! Вот радости-то полные штаны! Не прошло и года, как ты соблаговолил мне позвонить. Тебе что, моча в голову ударила? — язвительно спросил Ник.

— Давай опустим обмен любезностями, — миролюбиво предложил Коннор. — Я не расположен терять время на пустую болтовню.

— А мне плевать, к чему ты расположен, — огрызнулся Ник. — Я тебя не предавал и за поступки Риггза не отвечаю.

— А я тебя ни в чем и не виню!

— Тогда какого черта ты почти полгода не давал о себе знать?