— Коннор! — севшим голосом сказала она, когда он сел за руль. — Скажи на милость, какой в тебя вселился бес? Разве Найджел или Тамара дали тебе хоть какой-то повод заподозрить их в дурных намерениях в отношении меня? Почему же ты вел себя как полный идиот? Зачем ты меня смущал? Чем я провинилась перед тобой? Какую цель ты преследовал? Объясни мне это, ради Бога!

— Они показались мне подозрительными, — невозмутимо сказал Коннор. — Особенно эта хитрая рыжая стерва.

— Зато она явно прониклась к тебе симпатией! — вскричала Эрин.

— И этот прощелыга мне тоже не понравился, хоть он и строит из себя аристократа. И как бы ни были привлекательны все посулы мифического мистера Мюллера, который в очередной раз не соизволил встретиться с тобой лично, тебе вовсе не обязательно лизать ему задницу!

— Что? Так ты считаешь, что я готова лизать Мюллеру зад? Мерзавец! Да как у тебя только язык повернулся такое сказать! — в бешенстве вскричала Эрин и подалась вперед, норовя расцарапать ему физиономию. Коннор уклонился и стиснул ей пальцами запястья. Тогда Эрин попыталась укусить его за ухо.

— Позволь мне заметить, дорогая, — воскликнул он, сдерживая ее атаку, — что я разговаривал с этой парочкой достаточно вежливо, не грубее, чем они со мной. Не смей кусаться!

— Ты проклятый грубиян, хам, мужлан и параноик! — кричала Эрин. — Тебе повсюду мерещится какая-то чертовщина! Доббс и Тамара — милейшие люди!

— В гробу я видел таких милашек! — взорвался Коннор. — Они нахально пытались заморочить мне голову. А когда я чувствую, что меня обманывают, я не заискиваю и не улыбаюсь, даже если мне сулят золотые горы. Тебе понятно?

— Я присутствовала при разговоре и не слышала от них ни одного грубого слова! — воскликнула Эрин и снова попыталась высвободить руки.

— Значит, плохо слушала! — сказал Коннор, продолжая сжимать ее запястья.

— Кстати, Коннор, имей в виду, что коль скоро ты назвался моим женихом, то и веди себя подобающе. Еще одна подобная сцена — и ты перестанешь им считаться даже теоретически. — Эрин перевела дух.

— Неужели? — Коннор хмыкнул и покачал головой.

— Ты вел себя так, словно не считаешь меня женщиной, достойной уважения, сомневаешься в моих суждениях и ни в грош не ставишь мой профессионализм. Такое не прощается!

Коннор помолчал, наморщив лоб, и примирительно сказал:

— Но ты ведь знаешь, что все это был только спектакль!

— Ты так это называешь? А вот мне кажется, что ты устроил дешевый фарс! Ты вел себя, как герой пошлой мелодрамы! Кого ты пытался изобразить? Ревнивого любовника? Это смешно, Коннор! Ты и меня выставил в нелепом виде!

На скулах Коннора заиграли желваки, он потупился и с горечью произнес:

— Прости, Эрин. Твой взгляд свел меня с ума. Я чувствую себя придурком.

— Наконец-то ты понял, что ты собой в действительности представляешь, — съязвила Эрин. — Кстати, а что за взгляд ты имел в виду?

— Взгляд принцессы, явившейся на Землю с далекой планеты в другой галактике. За свою грубость в отношении лакеев Мюллера я извиняться не намерен, однако прошу меня простить, если я был груб с тобой.

— Что ж, приятно это слышать, я тебя прощаю на первый раз, — сказала Эрин.

Коннор помолчал и продолжал:

— Попытайся взглянуть на ситуацию моими глазами. Ты совершенно отгородилась от меня во время разговора с этим проходимцем Доббсом, игнорировала все мои замечания. А ведь я делал их не случайно, я хотел предостеречь. Тебя явно дурачат, Эрин, а ты всему слепо веришь. Нельзя идти на поводу у аферистов, заманивающих тебя в ловушку. Время и место встречи с Мюллером нужно хорошенько обдумать.

— Послушай, Коннор! С меня довольно! — взорвалась Эрин. — Больше я тебя с собой на деловые встречи не возьму. Ни под каким предлогом! Я не допущу, чтобы ты лишил меня возможности добиться чего-то путного в жизни.

— Боже, что я слышу! — простонал Коннор. — Как же мне достучаться до тебя? Взгляни же наконец на вещи трезво! Мюллер вновь не объявился, Доббс и Тамара запудрили тебе мозги обещаниями. И ты готова проглотить эту наживку! А я, по-твоему, должен бездействовать, глядя, как они пытаются обмануть тебя?

Отпусти меня! — отрешенно проговорила Эрин после долгой паузы. — Мне больно. — Он разжал пальцы, Эрин потерла запястья и продолжала, глядя в окно:

— Почаще бы мне делали подобные предложения! Да такой шанс представляется человеку раз в жизни! Стать куратором бесценной коллекции древностей, администратором нового корпуса музея — это ведь невероятная удача!

— Вот именно, невероятная! — Коннор ухмыльнулся. — В этом ты права. Почему Мюллер продолжает прятаться? Не потому ли, что он узнал, что я не отхожу от тебя ни на шаг?