Макс повернулся к Франческе.

– Ты в порядке? – хмуро спросил он.

– Да, – сказала она, – конечно. Все в порядке. А вот тот бедный человек…

– Тот бедный человек, – прорычал он, – едва не убил тебя, cara. – Подойдя к ней, он застегнул луку седла. – Если бы ты упала…

– Но я же не упала, – ласково произнесла она.

– В этом нет заслуги этого идиота! – Макс еще какое-то время хмуро смотрел на нее, потом, подняв руку, дотронулся до ее щеки. – Ничто не должно с тобой случиться, – тихо сказал он. – Слышишь?

Франческа, наклонив голову, губами прижалась к его ладони.

– Неужели я так дорога тебе? – прошептала она. Его глаза еще больше потемнели.

– Ты всегда была дорога мне, Франческа. С самого начала.

Эти слова наполнили ее сердце радостью, но, прежде чем она успела что-либо ответить, Макс резко повернулся и вскочил в седло.

– Уже поздно, – сказал он, – нам надо торопиться. – Пришпорив своего коня, Донелли выехал на дорогу впереди Франчески.

Какое-то недовольство проскользнуло в его голосе, или ей показалось? Франческа пришпорила свою лошадь и поравнялась с Максом.

– Макс? Что-нибудь не так?

– Нет, – быстро ответил он, – конечно, нет. – Он коротко улыбнулся ей. – Просто я терпеть не могу эти толпы туристов.

Франческа засмеялась.

– Два растерянных человека – это еще не толпа, Макс. Ты же видишь… – Тут она ошеломленно замолкла, улыбка сошла с ее лица. Два человека, подумала она, два человека, говоривших по-английски. По-английски! Ей всего лишь надо было крикнуть им, что ее похитили и удерживают здесь против ее воли, что ей нужна помощь.

– Франческа?

Она заморгала. Они уже добрались до конюшни, а Макс даже успел спешиться. Он держал ее лошадь за повод и снизу вверх вопросительно глядел на нее. Он протянул к ней руки, улыбка на его губах стала напряженной, когда он заметил, что она колеблется.

– Cara, – тихо позвал он, – ты пойдешь ко мне?

“А что, если я просто попросил бы тебя поехать со мной? Ты бы поехала?”

Горло сдавило, и в это самое мгновение она почувствовала, что окончательно потеряла голову.

– Да, – прошептала Франческа, глядя прямо ему в глаза, – да. – Нагнувшись, она положила руки на плечи Макса и утонула в его объятиях.

Франческа находилась в большой, ярко освещенной комнате без всякой мебели. Она стояла между Максом и Чарлзом.

– Ты бы поехала со мной? – все время повторял Макс.

Чарлз молча, знаками, звал ее к себе. Но она была не в состоянии ответить никому из них. Губы не двигались, ноги приросли к полу.

– Ты должна сделать выбор, Франческа, – сказал Чарлз.

– Она его уже сделала, – ответил Макс, и был прав. Она выбрала его, но не могла сказать ему об этом: собственный язык не слушался ее.

Франческа проснулась, задыхаясь и ворочаясь в постели, совершенно сбитая с толку тем, что увидела во сне. Сердце прыгало, она заставила себя полежать тихо, сделала несколько коротких вдохов, и постепенно оно успокоилось, стало биться размеренно, в унисон далекому шуму моря, накатывающего свои волны на скалы.

Она лежала в комнате Макса. Телу стало горячо. Она вспомнила, что находится в постели Макса, в объятиях которого провела долгую, упоительную ночь.

Она медленно открыла глаза, повернула с улыбкой голову, желая побыстрее увидеть лицо любимого. Но девушка лежала одна: подушка еще хранила след от его головы, а самого Макса не было.

Взгляд ее скользнул к закрытой двери ванной, и она облегченно вздохнула. Значит, он был в ванной. Она представила себе, как он стоит за дымчатым стеклом душа, его стройное обнаженное тело, его лицо, упрямо подставленное под бьющую сверху струю воды.

Сердце сумасшедше забилось. Она знала все это в подробностях потому, что накануне вечером, оставив лошадей в конюшне и вернувшись в замок, они вместе принимали душ.

– Ты куда? – спросил Макс, заметив, что Франческа направляется в свою комнату.

Вдруг она почувствовала странную робость.

– Мне надо принять душ, – ответила она, отчего он заулыбался и заявил, что это прекрасная идея. Потом она помнит лишь то, что оказалась в своей комнате и, дрожа и волнуясь, ждала, когда он снимет с нее одежду и на руках понесет в ванную.