— С вами ничего не случится, Алекса, — заверил ее Адам. — Я не причиняю женщинам физических мучений.

— Тогда как?.. Ах нет, — задохнулась она, и ее фиалковые глаза потемнели от ужаса. — Лис был прав, вы действительно собираетесь… собираетесь обесчестить меня. Но если таковы ваши намерения, почему бы вам просто не сделать это и не отпустить меня?

— Этого мне мало, миледи. Я намерен сделать вас моей любовницей и держать при себе, пока вы мне не наскучите. Вашему отцу уже сообщили о моих намерениях. Он знает, что вас удерживает сын Мартина Фоксуорта, того, кто похитил сердце его жены. Представьте себе, как он будет реагировать на сообщение, что его невинную дочь снова и снова развращает сын того, кого любила его жена?

Алекса была поражена. Пятнадцать лет ненависти. И вся она направлена на ее отца и косвенно — на нее. Адам собирался причинить зло ее отцу, но в результате придется страдать дочери.

— Мой отец не даст вам уйти, — заявила Алекса, вздернув подбородок. — Нет сомнения, что он уже сообщил королю и за вами идет погоня.

Адам самодовольно улыбнулся:

— И кого же они ищут? Никто не знает, что новоиспеченный лорд Пенуэлл — это Адам Фоксуорт. В своей записке я назвал себя только сыном Мартина Фоксуорта. Это все равно, что искать иголку в стоге сена. И потом — я скоро буду далеко от Лондона и никто не знает, куда я направляюсь.

— Не думайте, что я сдамся без борьбы, — заявила Алекса, настороженно глядя на него.

Адам усмехнулся. Ее слова его позабавили.

— Что бы вы ни говорили, — сказал он с презрением, — факт остается фактом. Рано или поздно я уложу вас в постель и сделаю своей любовницей. Потом вас отвезут к отцу, и, глядя на вас, он будет постоянно вспоминать о том, что я отомстил за смерть своего отца, что двух женщин, которых он любил, у него отняли Фоксуорты, отец и сын.

— Вы сошли с ума!

— Конечно. Вы бы тоже сошли с ума, если бы вам пришлось ждать отмщения пятнадцать лет и с каждым годом вас все сильнее и сильнее терзала бы ненависть.

По жесткому выражению его лица Алекса поняла, что он неумолим. Что бы она ни сделала, что бы ни сказала, он не изменит своего решения. Неужели он прямо сейчас ее изнасилует, с ужасом подумала она, медленно пятясь.

Но Адам лишь улыбнулся.

— Не бойтесь, миледи, — надменно проговорил он. — Я возьму вас когда и где мне заблагорассудится.

— Чудовище! Невежа! — выпалила она. — Уж лучше я буду спать с… Лисом! — Она тут же пожалела о сказанном и прижала руку к губам. Адам ошеломленно посмотрел на нее.

— Это так, миледи? — насмешливо спросил он.

Алекса испытала удовольствие, бросив ему вызов, и энергично закивала, глядя на него с презрением. Она не даст этому грубияну запугать себя.

Глаза их встретились, и между ними пробежала искра, воспламенив обоих. Его сила и самоуверенность были ужасающими, Алекса пыталась противостоять его обаянию. Ее храбрость рушилась под напором страсти, и она отвела взгляд. Адам усмехнулся, глядя на нее.

— Завтра мы прибудем к месту назначения, Алекса, — сообщил Адам, впервые обратившись к ней по имени. — Мы сойдем с корабля вместе.

И прежде чем девушка обрела дар речи и смогла поподробней расспросить о том, куда они направляются, он вышел.

Вечером Мак принес ей поднос с едой и простился, сказав, что утром будет занят и не увидит ее перед тем, как она покинет судно.

— Куда меня отведут, Мак? — тревожно спросила Алекса.

— Адам вам скажет.

— Адам! — насмешливо фыркнула она. — Как вы можете потворствовать ему, зная, что он собирается делать?

У Мака хватило такта выглядеть смущенным, его лицо стало почти таким же красным, как волосы.

— Я не могу вмешиваться, миледи. Даже если бы захотел. Никто не может помешать Адаму, если он на что-то решился. Он сказал, что с вами будут хорошо обращаться, и я ему верю.

— А как же насилие?

Мак переминался с ноги на ногу, стараясь не смотреть ей в глаза.

— Мне… очень жаль, леди Алекса, право, очень жаль. Но я связан по рукам и ногам. Я бы посоветовал вам не перечить Адаму. Он не так плох, как вам кажется. Многие женщины были бы рады оказаться в вашем положении.

— Так пусть он и идет к ним! А я хочу вернуться домой и выйти замуж за Чарлза.

— Вы сможете выйти за Чарлза после того, как… как…

— Как надоем Адаму, вы это хотите сказать?

— До свидания, леди Алекса, — сказал Мак, густо покраснев. — Может быть, мы еще встретимся.

И он ушел.

Алекса снова осталась одна со своими мыслями. Если они доберутся до места назначения завтра, значит, они не очень далеко от Лондона. Может быть, они направляются во Францию или какую-то отдаленную часть Англии, где никому не придет в голову ее искать. Возмущаясь несправедливостью происходящего, Алекса разделась и легла, укрывшись простыней.