Глаза Алексы сверкнули, но она прикусила язык, утаив от Чарлза, что отец передумал.

— Уберите руки, Чарлз! Я устала и проголодалась и не желаю терпеть ваши капризы!

— Капризы! — не унимался Чарлз, и лицо у него от возмущения пошло пятнами. — Да как вы смеете! Вы шлюха, моя прекрасная леди Колдунья! Все знают, что вы отдались этому мошеннику, лорду Пенуэллу, накануне нашей свадьбы. У меня есть сильное желание взять вас прямо на полу, даже брюхатой. Лучшего обращения вы просто не заслуживаете.

Чарлз швырнул ее на пол и начал расстегивать штаны.

— Коснитесь меня хотя бы пальцем, и я убью вас! — процедила Алекса сквозь зубы. — Когда я была Колдуньей, то научилась многому, а главное — постоять за себя. Если вы навредите мне или моему ребенку, клянусь, вы не заметите, как я воткну вам в спину нож.

Чарлз похолодел, пальцы, уже готовые расстегнуть ширинку, замерли. Устремленный на него взгляд Алексы был красноречивее всяких слов.

— А как же наш договор? Вы остаетесь изменницей, и еще не поздно передать вас властям.

— Я не нарушу своего слова, Чарлз, пока вы не нарушите своего. Вы не должны прикасаться ко мне до рождения ребенка.

— А потом? Будете ли вы делить со мной ложе?

Алекса кивнула, пряча за спиной скрещенные пальцы.

Густо покраснев, Чарлз повернулся и вышел.

Он решил принять меры и приставил к Алексе дюжего головореза, которого, по убеждению Алексы, нанял прямо на улице. Ей не разрешалось отлучаться из дома, только гулять в саду, и то лишь в обществе охранника, следовавшего за ней по пятам.

Чарлз нанял повитуху, которая охотно согласилась за хорошую цену выполнить его план. Они договорились, что когда Алекса родит, сказать ей, что ребенок родился мертвым. Маленький гробик, который Чарлз собирался закопать, будет пуст, а младенца отдадут супружеской паре, которая вырастит его в деревне, далеко от Лондона.

Теперь Алекса была полностью изолирована от внешнего мира. С Чарлзом держалась настороженно. Алекса поняла, что ей не на кого положиться, кроме как на саму себя.

И тут произошло нечто, коренным образом изменившее жизнь Алексы. Из разговоров прислуги она узнала, что война в Америке закончилась. Оттуда пришел корабль с донесением, что Корнваллис сдался, а Клинтон отплыл домой в Англию. И теперь ждали делегацию американцев, чтобы выработать условия мирного договора.

Алекса ликовала. Вместе с миром пришел конец ее зависимости от Чарлза. У нее больше нет причин оставаться под его властью, несмотря на данное ему слово. Пусть все узнают, что она — Колдунья, потому что один из пунктов договора даровал амнистию всем виновным в военных преступлениях. Алекса намеревалась сразу после родов вернуться в Америку, чтобы отыскать Адама. Она горячо молилась, чтобы он прошел через войну целым и невредимым. Когда она видела его последний раз, он был в ужасном состоянии.

Она сразу же начала собирать вещи, решив, что не останется с Чарлзом больше ни минуты. Когда он вернулся поздно вечером, то застал Алексу в гостиной.

— Почему вы не ложитесь спать, Алекса? Что-то с младенцем? В таком случае следует вызвать повитуху.

— Дело не в младенце, Чарлз. Война в Америке закончилась. Англичане разбиты и запросили мира.

— Вот как, — отозвался Чарлз. — Я что-то об этом слышал.

— Это все, что вы можете сказать? Господи, да ведь война кончилась! Неужели вы не понимаете! Вы больше не вправе мной распоряжаться! Я могу идти куда угодно и делать что хочу.

— Что же именно, дорогая? — язвительно осведомился Чарлз. — Куда вы пойдете и что будете делать?

— Чарлз, у меня есть дом. Я вам об этом еще не сказала, но мой отец оставил мне все — землю, доходы. Я богата и ни в чем не буду нуждаться, я более чем в состоянии прокормить себя и своего ребенка.

— Откуда вы все это узнали? — поинтересовался Чарлз. — Полагаю, это домоправительница вашего отца снабдила вас этими сведениями в тот день, когда вы отправились в особняк Эшли.

— Да, — с вызовом ответила Алекса. — В тот день я побывала также и у отцовского поверенного. Я подписала документы, и теперь все принадлежит мне.

— И вы сочли возможным утаить от меня эти сведения! — вскричал Чарлз, в ярости уставившись на нее.

— Это не имеет к вам никакого отношения.

— А как же ваше слово, Алекса? Или слово Эшли ничего не значит, и вы готовы с легкостью его нарушить?

— Я вынуждена была дать вам обещание при определенных обстоятельствах. Но обстоятельства изменились. В любом случае после рождения ребенка я нашла бы способ уклониться от выполнения своего обещания стать… стать вашей любовницей или женой.