Эмили прикрыла глаза ресницами, чтобы Джастин не смог увидеть отражения собственной боли. Нужно было собраться с силами, сохранить самообладание и убедить герцога, что она его ненавидит. Эмили зажмурилась и попыталась возродить свои прежние чувства к опекуну, на долгие годы бросившему девочку на произвол судьбы. Да, было время, когда она ненавидела его всей душой, а позднее так же страстно стремилась забыть об этом. Сейчас понадобилось вновь окунуться в прошлое.

Открыв глаза, Эмили знала, что сейчас они пылают презрением, и постаралась вложить это чувство в свои слова.

— Да, это была его задумка, но, если мне не изменяет память, на курок он не нажимал. К тому же, при всем желании, его нельзя обвинить в том, что он семь лет лгал и утаивал правду.

Джастин задумчиво потер голову и с горьким смешком сказал:

— Ники всегда умел хорошо устроиться, все заранее просчитать и предусмотреть. Думаю, он позволит тебе немного пожить. Во всяком случае, до тех пор, пока ты ему не прискучишь в постели. — Он насмешливо приподнял бровь. — Допускаю, что это может продлиться значительное время с учетом твоих талантов в постели, а мы оба знаем, что у тебя это получается недурственно.

Тогда Эмили отпустила ему пощечину. Джастин беспомощно посмотрел на нее, и вид у него был очень жалкий, но это быстро прошло, и глаза запылали яростью. Герцог придавил девушку к изголовью кровати и сжал ее горло руками.

— Если думаешь, что я способен на убийство, за доказательствами далеко ходить не придется, — прорычал Джастин. — Бог мне свидетель, я скорее убью тебя, чем позволю Ники обладать тобой.

Наклонился, поцеловал в губы и вышел из комнаты. Эмили осталась одна с разбитым сердцем; медленно опустилась на постель и спрятала голову в коленях, до боли закусив губу, чтобы громко не разрыдаться.

— Сэр, сэр! Пожалуйста, проснитесь! Вставайте!

Кто-то тряс Джастина за плечо. Он недовольно заворчал, попытался оторвать чужую руку и перевернулся на бок. Ударился пальцами о холодный предмет, с трудом открыл глаза и увидел разлапистые ножки кушетки. И тогда припомнил, что ночью зашел в кабинет в надежде успокоиться, привести мысли в порядок. Видимо, после просто потерял сознание и упал на пол.

Под утро опять привиделся кошмар. Перед глазами постоянно маячил Дэвид, Джастин тянул руки к другу, молил о помощи, но Дэвид пропал, растаял в воздухе, совсем как Эмили.

— Сэр! Прошу вас! Вставайте!

Человек, пытавшийся разбудить герцога, потерял терпение, схватил его за лацканы, приподнял и сильно встряхнул. В сумраке, царившем в кабинете, Джастин наконец разглядел лунообразное лицо Пенфелда. Оно выражало готовность в любую секунду расплакаться, и было это столь необычно, что герцог моментально пришел в себя.

— Пенфелд? Боже, что случилось? Беда?

— Она пропала, сэр, — сказал слуга, полная нижняя губа его жалобно дрогнула. — На этот раз, боюсь, ушла навсегда.

Под ногами мелко подрагивала палуба, мерно стучала машина, и теплый ветер гнал за корму густой черный дым. Крепко вцепившись в поручни, Эмили провожала глазами берега Англии, постепенно растворявшиеся в дымке предрассветного тумана. Пароход уносил ее все дальше от Джастина, но с этим приходилось мириться. Зябко поежившись, девушка натянула капюшон плаща, и в эту минуту на ее плечи легли руки Ники.

— Теперь нам остается только ждать, дорогая, — сказал он. — Как только найдем свидетельство на право владения земельным участком, которое подделал Джастин, иных доказательств его вины не потребуется. Документ можно будет передать властям, а после того как ты выступишь в суде, этого негодяя упекут наконец за решетку, куда ему и дорога. Думаю, их светлости грозит пожизненное тюремное заключение. И тогда угроза минует, мы наконец получим свободу. — Николас сжал плечи девушки, как бы стараясь приободрить, но у нее это вызвало только отвращение. — Ничего не бойся, любовь моя, теперь я о тебе позабочусь. Как только эта неприятная история останется позади, можно будет подумать о будущем. Но сейчас главное для нас — добиться справедливости, убийца твоего батюшки должен понести заслуженное наказание.

— Да, Ники, ты прав, конечно, — сказала Эмили, обернулась и чмокнула Салери в щеку. — Знаешь, я всегда к этому стремилась. Справедливость и заслуженное наказание прежде всего.

Когда дверь спальни неожиданно широко распахнулась, Оливия Коннор, герцогиня Уинтропская, вскочила в постели и удивленно посмотрела на нежданного гостя.

— Почему ты не вышиб дверь, а просто вошел, как простой смертный? — язвительно поинтересовалась она. — На тебя это не похоже, и должна признаться, что ты разочаровал меня, сынок.

Джастин подбежал к кровати и упал перед ней на колени.

— Матушка, прошу вас, не надо так, — взмолился герцог, ломая руки. — Мне срочно требуется ваша помощь.

— Ага, речь, видно, идет о твоей подопечной? — сочувственно затрясла головой в папильотках герцогиня.

— Вы правы, как всегда, — подтвердил Джастин, умоляюще глядя на матушку. — Вы наверняка знаете, какой из кораблей моего батюшки самый быстроходный. Пожалуйста, подскажите мне. Пароход или парусник? Прошу, подумайте, постарайтесь вспомнить. Это крайне важно, вопрос жизни и смерти. От вас, возможно, сейчас зависит, останется ли Эмили в живых.