— Наша беседа с маркизом подошла к концу, и если вы подождете меня несколько минут в библиотеке…

— Я пришел не к вам, — перебил ее Арман. — Мне нужно кое-что обсудить с сэром Эдвардом, после чего я уеду.

— Жаль. — Жаклин чувствовала, что от холодного тона, которым он разговаривал с ней, у нее вот-вот из глаз польются слезы. — Может быть, у вас найдется минутка и вы сможете повидать Филиппа — мальчик сейчас на конюшне и будет рад поговорить с вами.

— Я обязательно зайду к нему, — пообещал Арман. — Прошу вас, продолжайте. Кажется, вы остановились на том, что после свадьбы маркиз будет относиться к вам как к богине, — добавил он с насмешкой в голосе, после чего откланялся и вышел из гостиной.

— Этот человек ведет себя как крестьянин, — с раздражением заметил маркиз.

— А чего вы от него ждали? — яростно набросилась на него Жаклин. — Что он примет ваши глупые извинения после того, как по вашей милости едва не лишился жизни? Неужели вы думаете, что такие вещи можно уладить парой напыщенных слов?

— Жаклин, в вашем присутствии этот господин должен был вести себя как джентльмен, — убежденно произнес Франсуа-Луи. — Его гнев мог быть направлен на меня, но не на вас. Я не переношу, когда оскорбляют женщину, а тем более ту, которая должна стать моей женой. Ему еще повезло, что я не вызвал его на дуэль.

Жаклин вздохнула:

— Вам нет нужды защищать меня от него.

— Но вы дочь герцога де Ламбера и скоро станете маркизой де Бире, поэтому я требую, чтобы этот человек относился к вам с должным уважением.

— Я не буду вашей женой.

Де Бире удивленно посмотрел на нее:

— Вы разрываете нашу помолвку?

— Все изменилось с тех пор, как наши родители договаривались о свадьбе. Тогда это привело бы к объединению земель и капиталов. Хотя мы плохо знали друг друга, думаю, со временем все бы как-то устроилось; но теперь ни у вас, ни у меня ничего нет, и я не вижу смысла в этом браке.

— Вы правда так думаете? — Франсуа-Луи недоверчиво посмотрел на нее.

— Да, — ответила Жаклин с легкой грустью. — Я уверена.

— … у вас действительно совсем нет денег?

— Господи, — в сердцах воскликнула она, — если деньги так важны для вас, то почему вы не женитесь на какой-нибудь богатой англичанке?

— Если бы все было так просто, — с горечью произнес де Бире. — Здешние дамы такие меркантильные! Сначала на них производят впечатление мой титул и мой акцент, но потом они быстро начинают интересоваться, сколько денег я привез с собой из Франции.

— Значит, вы уже делали определенные попытки, — презрительно заметила Жаклин.

— Так, невинный флирт, моя дорогая, и ничего более. Что касается вас… Учитывая мое положение, вам будет лучше выйти замуж за богатого англичанина.

— Замужество не входит в мои планы.

— Но на что тогда вы собираетесь жить? — удивился Франсуа-Луи.

— У меня осталось немного денег, и я собираюсь вложить их в какое-нибудь дело.

— Дорогая Жаклин, — воскликнул де Бире, — вы же совершенно не разбираетесь в таких делах и можете все потерять!

— Я буду переживать по этому поводу только тогда, когда это случится, — холодно ответила она.

Гость некоторое время внимательно смотрел на нее, а потом сказал:

— Перед тем как уйти, я хочу сообщить вам одну вещь.

— Да?

— Не думаю, что то, что я вам сообщу, соответствует действительности, поэтому прошу вас не принимать мои слова близко к сердцу. Я даже сомневался в необходимости говорить вам, но теперь, когда наша помолвка разорвана, больше не могу молчать. Вчера мне доставили известие о том, что ваш брат Антуан, возможно, жив.

— Что-что? — переспросила она, едва шевеля побелевшими губами.

— Повторяю, это может быть ошибкой. Источник, из которого я получил сообщение, весьма ненадежен.

— Откуда вы узнали об этом? — быстро спросила Жаклин.

— Контрреволюционная сеть довольно велика, она существует даже здесь, в Англии. Мой осведомитель отказался объяснять, как узнал о вашем брате: он сказал только, что Антуан де Ламбер прячется у друзей на маленькой ферме рядом с австрийской границей. Этот человек сообщил также, что ваш брат тяжело болен и не способен передвигаться. Его давно доставили бы в Англию, но в дороге он может умереть.

— Умереть? — Жаклин не хотела этого слышать. — Мне сказали, что он уже умер — в Консьержери.

— Да, надзиратели тоже так подумали и отнесли его к общей могиле, — объяснил Франсуа-Луи. — Но когда его хотели похоронить, он застонал. Крестьяне, которые занимались похоронами, оказались весьма суеверными и бежали в ужасе прочь, однако рядом находились два контрреволюционера, которые следили за тюрьмой и подсчитывали количество умерших, Они доставили Антуана в безопасное место, где ваш брат находится по сей день.