Ничего не случилось. Он благополучно достиг противоположного берега и махнул рукой. Остальные тоже направили своих животных на мост и переехали его верхом. Мост был на вид хрупким и гнилым, но они без происшествий перешли его.

И как только они все оказались на другом берегу, мост вспыхнул за ними синим пламенем, затрещал всеми досками и рухнул в воду. Изумленные уставились на остатки моста, уносимые быстрым течением, Крис, Катя и Вадик.

– Что это с ним?

– Мосты сожжены, – ответил Женя. – Дороги назад нам теперь нет. Мы на территории Антессера.

Всем сразу стало жутко. Даже животные напряглись и стали ступать осторожнее и медленнее.

– Они что-то чуют? – спросил Женю Вадик.

– Нет, им просто передалось наше настроение.

– А мне кажется, что они все-таки что-то чуют.

– Нет, впереди ничего нет. Пока путь свободен. – Женя вытащил меч и стал водить им перед собой. Когда лезвие меча вспыхнуло белым пламенем, мальчик застыл на месте. – Нам туда.

Странно, но меч не показывал ни на одну из трех дорог, которые шли от моста в разные стороны. Он вспыхнул, когда мальчик направил его вверх по течению.

– Мы должны идти вдоль берега.

И они направились, куда велел Меч.

Дети ехали и прислушивались к звукам, которые их окружали. Вокруг была тишина, и слышали они немного. Только изредка раздавались глухие всплески воды, когда в черную жижу падали комья грязи, отвалившиеся от берега. Никаких живых существ пока видно не было. Земля казалась необитаемой. По-видимому, так оно и было. Потому что лицо Жени было спокойным, почти безмятежным.

– Можете расслабиться, – сказал он наконец. – Это пустыня. Она совершенно безжизненна. Я не чувствую ничего живого. А раз нет живности, значит нет и опасности.

Все вздохнули с облегчением. Катя перестала судорожно сжимать меч, Крис вложил свой в ножны, а Вадик тут же задал ему вопрос:

– А что было дальше, когда ты покинул Мортавию?

Крис снова помрачнел.

– А дальше, – вздохнул он, – дальше я потерял рыцарское звание.

– Потерял рыцарское звание? – хором воскликнули ребята.

– Да, – ответил Крис. – Я больше не рыцарь.

И он поведал о своем поединке с Черным рыцарем, где он потерпел поражение.

Рассказ этот всех потряс. Вадик был возмущен до глубины души.

– Какая несправедливость! Совершить столько подвигов, столько славных дел, а потом всего лишиться только из-за того, что какой-то призрак одолел тебя в поединке. Подумаешь! На то он и призрак. Я считаю, что все это ерунда. Бабушкины сказки. На них даже внимания обращать не стоит.

– Увы, в нашей стране, с этим ничего не поделаешь, – вздохнул Крис.

– Да, но ты-то сейчас у нас. А у нас призраки не обладают никакими правами.

Крис перекрестился:

– Не советую тебе так неуважительно говорить о призраках, Вадик. Тем более, здесь, на земле созданной силами зла.

Вадик сразу прикусил язык.

– И все равно, так нечестно, – тихо пробурчал он.

И тут Меч вспыхнул ярко-багровым пламенем, это было видно даже сквозь ножны. И Женя сразу изменился в лице, тревожно стал оглядываться по сторонам и прислушиваться.

Они к этому времени приблизились к лощине заросшей высокими бурыми кустарниками, над которыми редко возвышались кривые деревья без листвы и все расколотые молниями и полуобугленные. Лощина была широкая и тянулась на несколько сот метров. Миновать ее было никак нельзя.

Женя выставил Меч, тот уже горел оранжевым пламенем.

– Впереди опасность, – прошептал мальчик.

Звери тоже опустились на задние лапы и прижали уши к голове. Глаза их метали желтые молнии.

Сердца их забились от волнения. Вот оно. Приключение замаячило впереди и заставило их задрожать от возбуждения. Именно от возбуждения, а не от страха.

Катя сразу оказалась рядом с Женей.

– Как ты думаешь, кто там?

Младший брат пожал плечами.

– Не знаю. Их много, они большие и лохматые. Крис, кто живет в подземелье?

– Тролли, гномы и орки.

– Это не тролли и не гномы. А как выглядят орки?

– Большие, ростом вполовину гоблина, лохматые, одеты в шкуры и с дубинами. Говорят, еще, что они очень мерзко пахнут.

– Это они, – прошептал Женя. – Действительно очень противно пахнут. А как они воюют?

– Вояки никудышные. Если их конечно не сердить. А в ярости орки очень опасны и непредсказуемы.

– Тогда постараемся пройти незаметно.

Они спустились в лощину и по еле заметной тропе направились вперед. Их звери ступали тихо, как никогда бы не смогла пройти здесь лошадь. Сухие сучья и гнилые ветки покрывали землю толстым ковром, но ни один сучок, ни одна ветка не хрустнула под осторожными кошачьими лапами. Это было на руку.