– Пусть ваше зрение будет таким же острым, как этот клинок.

– Вот это да! – воскликнул Вадик, когда протер глаза и обнаружил, что может все увидеть на расстояние в сотню шагов. – Честное слово, вижу. Свою руку вижу, а только что не видел. Класс!

Катя и Крис не стали так бурно выражать свой восторг по поводу ночного зрения, потому что это было несолидно рядом с пятиклассниками.

Дальше дорога для всех сразу стала интереснее. Еще бы! Куда интереснее путешествовать, когда все видишь, что делается вокруг.

Они проехали полчаса, огибая одну за другой высокие горы, и сожалея о том, что не могут летать, потому что по прямой они бы давно уже были бы на месте. Но летать ни они, ни их животные не могли, и поэтому приходилось мириться с подобным положением вещей.

И вот дорога привела их в узкое ущелье, которое опускалось вниз между двух отвесных гор. Женя остановил льва.

– Там опасность, – пробормотал он. – Вот только не пойму, какая. Чувствую движение, но не могу уловить его сущность.

– Может, пойдем в обход? – спросила Катя.

– В обход нельзя. Там опасностей еще больше. Бездонные пропасти, камнепады, ловушки орков и хищные звери, – ответил Женя.

– Мы можем пройти только тут.

– Может, дождемся утра?

Женя покачал головой:

– Невозможно. У нас нет времени. Антессер в любую минуту может заподозрить неладное, и тогда он убьет Машу.

– Ты уверен?

– Абсолютно. Злодеев не так трудно понять. В сущности, они примитивны, как членистоногие.

– Да, останавливаться нам никак нельзя, – сказал Крис. – Слышите?

Они прислушались к ночной тишине и услышали вдалеке низкий раскатистый гул.

– Орки не забыли про нас.

– Биться ночью с орками, дело безнадежное, – сказал Женя. – Так что идем вперед.

И он хлопнул своего льва пятками по бокам. Словно пришпорил лошадь.

И они стали спускаться в ущелье. Спуск был плавным и не слишком глубоким. С двух сторон нависали изломанные склоны гор, в них зияли глубокие трещины, дыры и рытвины. Если бы они ехали на лошадях, то те давно бы переломали себе ноги. Но кошкам все это было ни почем. Они шли быстро и в то же время осторожно. Чувствовали все неровности, и вовремя их обходили или перепрыгивали.

И вдруг лев, который шел вперед, остановился и прислушался. За ним встали и все остальные. Наступила гнетущая тишина. Хищники вдруг стали пятиться, прижали к голове уши и зашипели, как самые обыкновенные кошки.

– Что такое? – крикнула Катя. – Чего они боятся?

– Никак не могу понять. Они боятся. Что-то вокруг нас двигается, но я не могу увидеть, что именно. Будьте осторожны!

Женя пытался справиться со львом, но тот вдруг перестал его слушаться и жалобно мяукнул. Да-да, большой, огромный африканский лев, мяукнул как кошка, которую ругает хозяйка за украденную со стола сосиску.

– Что же это такое? – спросила сам себя Женя.

Он спрыгнул с седла и встал рядом со львом. И тут он услыхал тихое шуршание. Хотел пойти назад, но вместо этого вдруг прошел вперед несколько шагов.

– Женя, что ты делаешь?

Когда Катя увидела это, она спрыгнула с пантеры и побежала к брату. Крис тоже оказался рядом с ней. Пеший и с обнаженным мечом.

Дальше все произошло так стремительно, что никто ничего толком не успел понять.

Вдруг что-то белое и длинное просвистело в воздухе, и огромная белая змея вдруг обвила Женя в могучие кольца и подняла в воздух. Огромная пасть с острыми зубами вдруг разинулась, так широко, словно змея хотела разорвать себя пополам. Маленькие равнодушные глазки уставились на мальчика, а тот совершенно забыв, что он могучий волшебник, закричал: «Мама!» и в ужасе закрыл глаза.

Катя тоже закричала, как безумная. Свистнул в ее руке меч Такеда Уэсиба, и отрубленная голова змеи с гулким стуком слетела на землю и укатилась в расщелину.

Но змеиные кольца продолжали сжиматься вокруг мальчика. Крис уже рубил их своим мечом, Катя тоже стала делать тоже самое, и они сразу ослабли. Только бешено бился по земле хвост, и больно бил их по ногам. Катя даже один раз упала. Но подбежавший Вадик ловко и метко пригвоздил хвост к земле трезубцем, который добыл в бою с орками.

После этого ребята просто размотали змею и освободили мальчика из колец, словно он был завернут в ковер. Полузадушенный Женя свалился на руки сестры.

– Женька! – проревела Катя, которую только сейчас начало трясти по-настоящему.

Ребята с трудом перевели дух. Женя открыл глаза и выдохнул скопившийся в нем воздух:

– Она бы все равно меня не задушила. Я могу не дышать три часа. Но сдавила здорово.

– Дурачок! – отругала его Катя. Она судорожно проверяла, все ли с братом в порядке. Целы ли кости? – А ну-ка разогни и согни пальцы. Теперь присядь.