Он доел сосиски и поблагодарил дочь за вкусный ужин. Кейт встала, чтобы отнести грязные тарелки в раковину.

— Ты пойдешь сегодня в «Лебедь», папа? — спросила она, думая уже не о разговоре с мисс Годфри, а о собрании в пабе по поводу ежегодного пикника в Фолкстоне.

— Да, сегодня мы должны решить, когда именно пройдет это мероприятие, — кивнул отец; постоянный члси организационного комитета. — Дэниел Коллинз предлагает перенести его с выходного на другой день, когда в Фолкстоне не будет так многолюдно.

— Хорошая идея, но не поздновато ли менять дату праздника? Ведь уже июль!

Она поставила грязную посуду в тазик с теплой мыльной водой.

— Предпоследние выходные августа всех устраивают, кроме Ниббса. Он готов закрыть свой магазинчик в последний понедельник августа — все равно праздник, но лишний нерабочий день в этом же месяце его разорит.

Карл встал со стула, взял объемистый потрепанный портфель, извлек из него несколько тетрадей и положил их на видное место — просмотреть, вернувшись с собрания.

— Что еще за чудеса? — удивленно вскинула брови Кейт. — Ведь занятий не будет до самого сентября!

— Для школьников, но не для педагогов, — усмехнулся Карл. Он поцеловал дочь в щеку. — Пока, дорогая! Вернусь часикам к девяти.

Отец ушел. Кейт вытерла руки полотенцем и пошла в комнату. На подлокотнике кресла лежал томик Джона Б. Пристли, роман «Добрые товарищи». Кейт взяла книгу и вышла на крыльцо. Шел уже восьмой час, но было еще тепло, пахло цветами из их и соседнего сада. Кейт присела на ступеньку и начала читать, но вскоре ее отвлек сосед, мистер Ниббс, который направлялся на то же собрание, что и отец. Потом ей засвидетельствовал почтение Чарли Робсон, прогуливающийся с немецкой овчаркой вдоль площади.

Кейт захлопнула книгу, положила ее на колени и проводила взглядом собаку и ее хозяина: они, очевидно, пошли к вересковой пустоши. Кейт пожалела, что не вызвалась погулять с Бонзо. Но теперь было уже поздно, и она закрыла глаза и стала наслаждаться густым ароматом гвоздик мисс Годфри и слушать отдаленный шум газонокосилки, ритмичный и успокаивающий.

— Приятный вечерок, не правда ли? — окликнула Кейт Хетти Коллинз, мать Дэнни Коллинза. Она шла с хозяйственной сумкой, набитой свежесрезанными цветами душистого горошка и лилий, в церковь Святого Марка. — В такую славную пору приятно осознавать, что на небесах есть Бог и в мире все спокойно.

— Вы правы, миссис Коллинз, — улыбнулась Кейт. — А я сегодня окончила школу и в сентябре поступлю в училище секретарей.

— Вот и слава Богу, моя милая! А мой Дэнни записался в армию. Правда, на героя-победителя он и в своем мундире совсем не похож. Как я вам обоим завидую, деточки! У вас еще вся жизнь впереди. Ну, я, пожалуй, пойду! Что-то я с тобой заболталась, а ведь еще нужно приготовить букеты к завтрашней свадьбе. Пока!

— Пока! — помахала ей рукой Кейт, лишь теперь вспомнив, что упоминание о Боге на небесах и покое в мире ей встречалось в стихотворении Роберта Браунинга. Да, миссис Коллинз права: впереди у нее еще целая взрослая жизнь, полная волшебных приключений.

Кейт снова зажмурилась, размечтавшись о грядущих чудесных событиях. Отец, вернувшись домой, обнаружил, что она сладко спит на крыльце, положив голову на колени.

Август 1936 года

— Ты не считаешь, что участвовать в поездке в Фолкстон в этом году нам не стоит? По-моему, это ниже нашего достоинства. Я хочу сказать, что вряд ли нам удастся расслабиться, если все организует твой отец и там будут и мои предки с бабулей, и Мейвис с детьми и мужем.

Керри критически взглянула на свое отражение в трюмо, пытаясь понять, идет ли ей новое платье с накладными плечами, которое она сшила из пурпурного крепдешина с помощью Кейт.

— Миссис Коллинз сказала, что Дэнни надеется получить на эти выходные увольнение, — коварно заметила подруга, покрывая когти зловещим кровавым лаком. — Он тоже хочет участвовать в пикнике.

Керри вскинула брови, изображая оскорбленную невинность.

— На что ты намекаешь? — спросила она, отлично понимая, к чему клонит Кейт. — Если бы ты сказала, что там будет король Эдуард, я, возможно, и соблазнилась бы.

Кейт тщательно докрасила последний ноготь и холодно напомнила:

— Ты не замужем и не американка, так что с ним тебе ничего не светит!

Керри снова переключилась на платье.

— По-моему, эти рукава с буфами делают меня похожей на корову!

— На корову ты совсем не похожа, и платье тебе к лицу, — честно сказала Кейт.

Керри сделала пируэт, и подол платья закрутился вокруг ее стройных ножек.

— Неужели все слухи о нем — правда? — любуясь собой в зеркале, спросила Кейт. — Как ты считаешь, он действительно хочет жениться на миссис Симпсон?