— Я договорюсь о проведении теста, — перебил он ее. — Завтрашнее утро вас устроит?

— Конечно, — ответила она. — Мне тоже нужно подтверждение. За этим я сюда и приехала.

На самом деле она уже получила подтверждение, которого так желала. Но тот путь, который она проделала, Нику только предстоит.

Саманта потянулась за документами, но Ник накрыл их рукой.

— Я хотел бы оставить их у себя. На какое-то время. «Хочет сделать копии», — поняла Саманта. Что ж, сама она первым делом скопировала все бумаги. Как видно, осторожность у них — черта семейная.

У столика появился официант. Саманта заказала рыбу, Ник — бифштекс. С уверенностью, до которой ей самой было далеко, он выбрал бутылку вина — как подозревала Саманта, очень дорогого.

— Что же дальше? — спросила она.

— Понятия не имею, — холодно ответил Ник, пододвигая к себе бумаги. — Зачем вы приехали? Вы знаете, кто такой мой отец?

— Читала о нем кое-что в Интернете. Статьи в бостонских газетах. — Она смело встретила его взгляд. — Я уже сказала вам, зачем приехала. Чтобы узнать правду. Чтобы увидеть вас. С самого детства меня преследовало смутное чувство потери, и теперь я хочу знать, что именно я потеряла.

В его непроницаемых глазах блеснуло какое-то чувство — блеснуло и тут же погасло. Саманта не стала спрашивать, чувствует ли он то же самое: Ник пока был явно не готов отвечать на такие интимные вопросы.

— Он действительно гангстер? — спросила она вместо этого. — Крестный отец… Не знаю, как это называется.

— Так пишут в газетах, — чуть приподняв бровь, ответил Ник. — И федералы думают так же.

— Я не всегда верю всему, что пишут в газетах.

— Очень разумно с вашей стороны. — Он бросил на нее еще один долгий взгляд. — И все же трудно поверить, что вы приехали сюда без всякого… без всяких мыслей о возможном наследстве.

— Я не богата, мистер Меррит, — с достоинством ответила Саманта, — но и не бедна. У меня собственное дело, которое я люблю. И чужие деньги мне не нужны, тем более — грязные деньги. Я их не возьму, даже если предложат.

— Значит, вы в нашей семье белая ворона, — усмехнулся он.

— А кто еще может претендовать на наследство?

— Двое дядюшек, тетушка, кузены и мой сводный брат.

Саманта уставилась на него во все глаза. Господи, еще один брат?!

— Сводный? — пробормотала она.

— Джордж. Впрочем, сам он предпочитает имя Джордже. Сын любовницы моего отца. Я никогда не понимал, почему он на ней не женится. Теперь думаю: может быть, не хотел оказаться в тюрьме за двоеженство? — По губам его скользнула загадочная усмешка. — Если отец знал, что его жена жива, он мог опасаться, что она вдруг объявится. И у него будут неприятности. Федералы любят такие фокусы. Ни за что серьезное привлечь не могут — так упекут за решетку за какую-нибудь ерунду, вроде невыплаты налогов или езды на красный свет, а уж двоеженство — такой подарок для них!

Если отец знал, что его жена жива… Не «моя мать» — «его жена». Однако Ник впервые признал, что вся эта история может быть правдой.

Сэм прикрыла глаза. Почему-то ей казалось, что мать разведена с Полом Мерриттой. Но если нет…

Снова бросив взгляд на Ника, она заметила, что он не сводит с нее пристальных темных глаз. Лицо его было все таким же холодным и непроницаемым. Ну почему у нее не получается так же скрывать свои чувства? Впрочем, едва ли Ник сейчас испытывает такое же потрясение. Он-то ведь не знает Пэтси Кэрролл — добропорядочную гражданку, безупречную жену и мать, известную в Горячих Ключах своими строгими правилами и уважением к закону…

— Джордж? Его имя я в газетах не встречала, — сменила тему Саманта.

— Он носит фамилию матери. О неприкосновенности его частной жизни отец позаботился. Не то что о моей.

— Вы часто с ним видитесь?

— С отцом? Не чаще, чем считаю необходимым.

— Я обещала прийти к нему завтра. Может быть, пойдем вместе?

Он удивленно взглянул на нее.

— Разве вас не Томми привезет?

— Я сказала ему, что приду сама. Хочу иметь возможность уйти, когда пожелаю.

В его непроницаемых глазах на миг мелькнуло восхищение.

— На такси поедете?

— Пока не знаю. Может быть, арендую машину…

— Где вы остановились? — спросил он вдруг.

Сэм не ответила, и он добавил:

— Или это секрет?

Так оно и было. В том числе и для нее самой — Сэм так и не знала ни названия, ни адреса отеля, где остались ее вещи.

— Так вы пойдете со мной? — повторила она.

— Отцу это не понравится. Вы его не знаете, он не терпит, когда что-нибудь решают за него.

Саманта пожала плечами.

— Я тоже привыкла все решать сама. Он оплатил мне билет на самолет, но я отказалась. Заплатила за себя сама и вылетела тогда, когда мне, а не ему, было удобно.