— Может быть, это была случайность… просто какой-нибудь охотник стрелял поблизости… — пробормотала Саманта, сама не понимая, кого старается обмануть.

Терри? Себя? Едва ли это удастся. Обе они прекрасно понимают, что произошло.

— Надо вернуться на ранчо, — сказала Саманта, взяв поводья Юпитера. — А потом…

— Нам нельзя возвращаться той же дорогой, — ответила Терри. — Послушай, у меня с собой сотовый. Позвоню Дэну, пусть братья приедут и заберут нас отсюда.

— Но что, если…

— Не беспокойся. Проследить за всадниками в лесу практически невозможно.

— Однако нас с тобой как-то выследили, — вздохнула Саманта. — Я уже начинаю думать, что безопасных мест вовсе не бывает.

Терри вдруг снова округлила глаза.

— Ну-ка признавайся, сколько раз на тебя уже покушались?

— Три раза. Вместе с этим — четыре.

— То ли тебе необыкновенно везет, то ли они плохо стараются, — задумчиво проговорила Терри. — А матери ты об этом рассказывала?

— Нет…

Саманта начала понимать, к чему клонит подруга, и в очередной раз восхитилась ее аналитическим умом.

— Может быть, они надеются, что расскажешь? Запугивают тебя, чтобы выманить из укрытия твою мать? Давят на тебя, чтобы что-то получить от нее?

Почему она сама об этом не подумала?! Ведь если ее действительно хотели убить, то давно бы сделали это. Может быть, неведомый враг намеренно взращивает в ее душе ядовитые плоды страха?

— Точно тебе говорю, так оно и есть… — продолжала Терри, доставая телефон.

И в этот миг раздался второй выстрел.

Лошади с громким ржанием шарахнулись в стороны.

Сэм ощутила сильный толчок в бедро, а несколько мгновений спустя — острую, раздирающую боль.

Терри ошиблась. На сей раз враг — кто бы он ни был — шутить не собирался.

— У меня плохая новость, — послышался в трубке голос Грея. — Их обеих «заказали». И Саманту Кэрролл, и ее мать.

Проверив телефон, Нейт обнаружил семь звонков: три — от преданного партнера, и еще четыре — от Баркера. Похоже, недалек тот час, когда Грей станет для него бывшим партнером.

— Сколько за них обещают?

— Четверть миллиона баксов. Впрочем, ходят слухи, что их велено взять живыми. Но, думаю, как только заказчик получит то, что хочет…

— Информацию, — уточнил Нейт.

— Да, скорее всего. Очевидно, жена Мерритты, убегая, прихватила с собой что-то очень ценное. И весь этот шум затеян, чтобы выманить ее из укрытия.

— Видимо, речь идет не менее чем об убийстве, — предположил Нейт. — Дела об убийстве не имеют срока давности, их можно поднять и через тридцать лет.

— Причем под ударом оказывается не Пол Мерритта. По моей информации, заказ был сделан уже после его смерти.

— Значит, кто-то еще из клана? Кого из них могут касаться тайны тридцатилетней давности?

— Кандидатов много: Виктор, Рич, даже Роза — выбирай на вкус. А может, молодое поколение защищает репутацию семьи.

— А может быть, это вообще кто-то со стороны, — угрюмо заключил Нейт. — Вот что, расспроси полицейских и наших ребят, работавших по клану Мерритта в шестидесятых. Составим список людей, которые в то время участвовали в делах семьи.

— Постараюсь, — ответил Грей. — Только не в рабочее время, а то Баркера кондрашка хватит. Знаешь, что он уже грозится тебя уволить?

— Я вообще-то в отпуске.

— Он уже знает о последнем покушении на Саманту Кэрролл. И о том, что ты совершенно случайно оказался рядом, тоже знает. Возвращайся-ка лучше домой, Нейт.

— Не могу. Особенно сейчас. Я не доверяю Баркеру и боюсь за Саманту.

— Тогда за чем дело стало? Хватай свою красавицу в охапку и беги. Как спрятать человека, как создать ему новое имя и новую биографию — ты знаешь. Только не забывай, что это будет означать конец твоей карьеры.

— Карьера — это последнее, что меня сейчас волнует, — твердо сказал Нейт. — Спасибо, Грей. Пока. — И повесил трубку.

Ему было ясно одно: он должен ее найти. И как можно скорее.

Отчаянно надеясь, что сумеет обнаружить Саманту раньше наемного убийцы, Нейт подъехал к ранчо, принадлежащему Фолкнерам, взбежал на крыльцо и энергично заколотил в дверь. Сердце его сжималось от недоброго предчувствия. Что-то подсказывало: дорога каждая секунда.

Наконец дверь распахнулась. На пороге стоял плечистый здоровяк в клетчатой рубашке, джинсах и поношенных ковбойских ботинках, вид у него был не слишком гостеприимный.