Он не спешил заключить ее в объятия. Эми стояла перед капитаном Луисом Кинтано, привыкшим командовать и уверенным в своей власти над ней.

Ничего не осталось от той легкой близости, которая некогда связывала ее с деликатным внимательным юношей — Тонатиу. Остался в прошлом обаятельный чуткий мальчик, с которым она разделяла часы нежной любовной игры. Теперь его место занял мужчина с красивым холодным лицом, чей мощный сексуальный магнетизм заставлял ее со страхом сознавать, что, согласившись разделить с ним постель, она испытает нечто совсем не похожее на все испытанное ею раньше.

Но насколько непохожее — Эми и представить не могла.

Опытный любовник, умеющий держать в узде и позывы собственного тела, и накатывающие волны страсти, Луис не ставил своей целью немедленное удовлетворение плотского желания. Во всяком случае, его желания. Если Эми помнила мгновения их по-юношески неумелых, торопливых соединений, то ведь и он тоже помнил. Теперь же этой белокурой предательнице придется убедиться: она имеет дело не с мальчишкой, теряющим голову от любви и не способным продлить удовольствие по собственному усмотрению. И Луис Кинтано вознамерился ей это показать. Прошли времена расставания с невинностью, безоглядной любви и слепого безграничного доверия.

Этой же ночью, сегодня, он покажет ей, что может разжигать в ней страсть, овладевать ею, доводить до утоляющего опустошения, снова и снова… и в то же время спокойно удерживать самого себя в нынешнем состоянии нерастрачиваемой неутомимой готовности.

Поэтому он и не спешил заключить ее в объятия. Он стоял не шевелясь, и взгляд его горящих черных глаз, словно лаская, обводил ее прекрасное, не защищенное одеждой тело. И в то же время он давал ей время, чтобы и она как следует, не спеша могла разглядеть его самого.

Точно выбрав момент, он протянул к ней руку ладонью кверху. Нервно проглотив слюну, Эми положила на его руку свою и задержала дыхание, когда его сильные пальцы сомкнулись вокруг ее узкой кисти.

Не отводя от нее взгляда, Луис очень медленно потянул ее к себе. Когда их нагие тела оказались уже очень близко, но еще не касались друг друга, он выпустил ее руку и позволил своим рукам повиснуть, как плети, вдоль боков. И опять они оба стояли молча, на расстоянии каких-то жалких двух дюймов между ними. Так близко, что каждому был ощутим жар, исходящий от тела другого.

Напряженный мужской ствол Луиса уперся в живот Эми, исторгнув из ее полураскрытых губ тихий возглас. Она инстинктивно подалась навстречу, ближе к пульсирующему сгустку мощи… так близко, что тугие соски ее набухших грудей коснулись гладкого твердого тела Луиса, дразня и зазывая его.

Но его длинные руки все так же висели по бокам, когда беспокойные пальцы Эми поднялись вверх и ухватились за его выпирающие бицепсы. Изогнувшись дугой, она порывисто прижалась к нему бедрами. Вне себя от пожирающего ее пламени, закрыв глаза, Эми подняла руки еще выше, обняла его, поднялась на цыпочки и пылко поцеловала в шею — под подбородком.

Он стоял в той же позе еще несколько минут, пока немыслимо желанная женщина льнула и ластилась к нему.

Прилагая все усилия, чтобы придать своему голосу должную меру безразличия, Луис бесстрастно поинтересовался:

— Не угодно ли вам теперь прилечь?

Эми коротко кивнула, и при этом кончики ее распущенных волос приятно щекотали его подбородок; однако словесного ответа он не дождался: она не в силах была отлучить свои губы от его кожи.

— Что вы сказали? Я не расслышал.

Ее голос прозвучал почти как всхлип, когда она заставила себя произнести:

— Да. Пожалуйста. Давайте ляжем.

Руки Луиса наконец оказались на ее талии и замерли на несколько секунд. Затем, стоя спиной к кровати, он поднял руку к золотистым волосам Эми, что падали ей на спину, обмотал длинную толстую прядь вокруг своей кисти и, потянув эту прядь вниз, заставил Эми обратить к нему лицо.

Она открыла глаза и взглянула на него. Зачарованная выражением смуглого красивого лица, в котором читалась странная напряженность, Эми наблюдала, как медлительно, чуть ли не с ленцой приближались к ней его губы. Это был долгий, жгучий, подчиняющий поцелуй; к тому моменту, когда Луис отклонился назад, увлекая ее за собой, и они вместе опрокинулись поперек кровати, она уже самой себе казалась лишь его частью. Он растянулся на спине, она лежала сверху. А поцелуй все еще не прерывался.

Следующие полчаса прошли в чувственной игре; Луис предоставил Эми досконально изучить его длинное гибкое тело, что она и проделала в полной мере. Она сладострастно извивалась в его объятиях, в то время как он — поцелуями, дерзкими поглаживаниями, жарким шепотом — доводил ее до опасной точки кипения.

Он переменил их позицию. Она видела над собой чеканное лицо и широкие плечи; его узкие бедра утвердились между ее ногами. Он продвинулся вдоль ее тела вниз, так чтобы только гладкий кончик его налитого кровью ствола касался очажка ее сладости.