Катриона обожала замок, мечтала проводить здесь дни и ночи и прочитать все до единой книги в библиотеке. Она представляла, как просыпается в одной из комнат замка, а в окно проникает яркий солнечный свет, и свежий морской ветер наполняет ее легкие. Да, она очень любила Россмори, хотя никогда не решалась проникнуть в него дальше библиотеки, ведь это уже можно было бы расценивать как вторжение в чужое жилье.

Подойдя к последнему пролету каменной лестницы, Катриона увидела Мерид, стоявшую внизу. Светлые волосы сестры, цветом напоминавшие высохший камыш на зимнем лугу, были заплетены в косу. Выбившиеся из косы пряди окружали суровое, серьезное лицо, освещенное слабым светом небольшого фонаря, который она держала в руках. Темно-карие глаза в упор смотрели на спускавшуюся вниз Катриону.

Младшая сестра, Мерид, как ни странно, была выше Катрионы почти на голову. У нее были такие же, как у их матери Мэри, светлые волосы, а от Макбрайанов она унаследовала темный цвет глаз. Как-то в детстве Катриона спросила мать, почему у нее глаза голубые, а не карие, как у всех них. Мэри ответила ей, что просто в ночь ее рождения было полнолуние и звезды сияли необычайно ярко. Катриона тогда еще поинтересовалась, не подкрасила ли луна еще и ее волосы.

— Ты что, совсем с ума сошла?! — набросилась на Катриону Мерид. — Зачем ты ходишь сюда? Ведь папа не велел тебе бывать в замке Хозяина одной! Ты же знаешь, что там полно привидений и всякой нечисти! — Мерид огляделась вокруг, опасливо косясь на пляшущие в свете фонаря тени. — А тут еще эти пещеры. Мне так и кажется, что я стою у врат царства Гадеса.

— Нет здесь никаких привидений, — закатила глаза Катриона. — Кто-то просто придумал эту ерунду, Мерид, чтобы люди не ходили сюда.

— Люди вроде тебя, Катриона Макбрайан. А вот Иен Александер поведал мне совсем другое. Он был тут как-то ночью и поклялся мне, что нос к носу столкнулся со злобным призраком. Тот был одет как варвар, во рту держал окровавленный кусок мяса и хрюкал, как свинья. А потом он сказал, что убьет Иена. Призрак был похож на сгусток дыма.

Катриона едва сдержала усмешку.

— Мне кажется, что Иен просто любит дурачить доверчивых девчонок, — вымолвила она.

— Ну хорошо, есть привидения или нет — тебе наплевать, — проговорила Мерид, крепко хватая сестру за рукав. — Но что, если тебя поймает Хозяин, Катриона?

Девушка улыбнулась: страх, охвативший ее сестру, не передавался ей.

— Но Хозяина нет здесь сейчас, Мерид. Здесь никого нет, и ты отлично знаешь, что когда он приезжает сюда, то Эберкромби появляется здесь за неделю до него. Он специально прибывает сюда из Эдинбурга, чтобы нанять слуг и приготовить все к приезду Хозяина. Кстати, Эберкромби тоже верит, что в Россмори живут призраки. Он всегда приходит сюда при дневном свете и никогда не задерживается до темноты.

Девушки прошли узкую дорожку, и Мерид взялась за железную ручку маленькой двери, ведущей наружу. Только таким путем можно было миновать пещеры, затопляемые приливом.

Уже почти стемнело. Мерид покосилась на болото, по которому надо было идти к дому. Низкие темные тучи и резкий ветер обещали непогоду.

— Ох, Катриона, даже не знаю, как это тебе все время удается втягивать меня в свои дела. Теперь нам придется бежать до дому, чтобы не попасть под грозу. Па будет недоволен, Катриона, это уж точно, — вздохнула Мерид.

Примостившаяся у поросшего травой горного склона ферма Макбрайана с одной стороны примыкала к болоту, с другой к ней подступали торфяники, а на востоке мимо протекал небольшой ручей. Каменный очаг топили торфом; его темный дым, поднимавшийся из трубы, смешивался с густыми серыми тучами. Оштукатуренные стены дома светились в ночных сумерках; солома на крыше удерживалась на месте благодаря вересковым веревкам, придавленным большими валунами, — только так можно было противостоять сильным горным ветрам. Если снаружи дом и мог показаться незнакомцу убогим и бедным, то едва переступив порог, он бы тут же изменил свое мнение: таким приветливым и уютным представало жилище Макбрайанов внутри.

Ветер трепал волосы Катрионы, рвал юбки, когда девушка бежала вслед за сестрой. Свежий морской воздух был напоен запахом вереска и горящего торфа. Приблизившись к дому, Катриона увидела развешанные на низкой изгороди рыбацкие сети отца. Его грязные сапоги стояли у двери, черный непромокаемый плащ висел на крюке.

Да, папа и в самом деле вернулся домой.

Катриона знала, что нагоняй от отца неминуем, но, несмотря на это, ей стало легко на душе: отец вернулся, стало быть, еще одно нелегкое путешествие позади. Он дома, он в безопасности. Может, и гнев его смягчится от этого.

Приоткрыв дверь в домик, девушка шагнула было вперед, а потом быстро отошла в сторону, предоставив Мерид первой войти в дом.

— Какого дьявола! Где вы были? — проворчал отец таким голосом, который мог бы соперничать с низкими раскатами грома, проносящимися по темному небу. Катриона пряталась за сестрой, стараясь держаться в тени.

— Я ходила за Катрионой, — ледяным тоном ответила Мерид. — Она ушла к полковнику, чтобы отнести ему еды.

Энгус Макбрайан отошел от очага: великолепные мускулы его сильного тела играли под льняной рубашкой; вместо штанов на нем был поношенный килт note 3 .