«Ребенок с больным сердцем, мать с разбитым сердцем» , — думала Лили, глядя на луну над заливом. Она обняла Лайама, и он прижал ее к себе. До них доносились крики чаек с гнездовий на скалистых островках в полумиле от берега. Эти звуки отзывались эхом в сердце Лили, и она вспоминала о ежегодном Ирландском фестивале. Он вот-вот должен был начаться в Кейп-Хок, и ирландская музыка была таким же ярким воспоминанием, как и крики чаек.

Она взглянула на Лайама. Он был высоким, худощавым, а в его голубых глазах читались тени его собственных печалей. Когда он был еще ребенком, акула убила его брата и искалечила его самого — он лишился одной руки, за что получил прозвище Капитан Крюк, став одновременно и посмешищем, и трагической фигурой в своем родном городке. Но Лайам не смирился с таким положением — он буквально пробил себе путь, окончив университет и аспирантуру, в итоге став известным океанографом и ихтиологом. Теперь он изучал больших белых акул — тот самый вид, представитель которого растерзал его брата и искалечил его собственное тело.

Лили до конца так и не понимала, что же свело их вместе. Но с другой стороны, это мало ее беспокоило. Они встретили друг друга в том далеком северном городке. Убежав так далеко от дома, она нашла подобие семьи. Энн, Мариса, Марлена… Ее подруги и члены клуба рукодельниц были ей как сестры. И Лайам. Он присутствовал при рождении Роуз и с тех пор всегда был рядом. Эти девять лет в Кейп-Хок дали Лили больше, чем она могла себе представить и на что могла надеяться.

Болезнь ее бабушки привела ее назад, в Хаббардз-Пойнт. Патрик Мерфи, детектив, ведущий дело об исчезновении Лили, в конце концов нашел ее в Кейп-Хок. В тот момент, когда она услышала о болезни Мэйв, все остальное перестало иметь значение. Лили знала, что ей надо делать.

Она вернулась домой.

— Я действительно дома, — сказала она, прижимаясь к Лайаму.

— Готова к завтрашнему дню? — спросил он.

— Я должна быть готовой, — ответила она. — Я нужна бабуле.

— Знаю, — сказал он.

Его голос прозвучал тихо и уверенно. Он слегка коснулся ее волос, и она вспыхнула, как молоденькая девушка. Они стали любовниками совсем недавно. Трудно поверить, но они впервые поцеловались всего несколько недель назад. Их свела любовь к Роуз, а теперь они были по-настоящему вместе.

— Я хочу, чтобы Роуз никогда о нем не узнала, — сказала Лили. Ей даже не нужно было уточнять, о ком она говорит.

— Давай я ее увезу, — сказал Лайам. — Спрячу ее. Только ты будешь знать, где мы.

Сердце Лили будто подпрыгнуло, как камешек, скачущий по воде. А если он на самом деле сможет? Если она сможет навсегда спрятать Роуз от Эдварда?

— Там, в Канаде, я чувствовала себя такой сильной. Ее безопасность была полностью в моей власти. А теперь, когда мы вернулись в Штаты… Вдруг он начнет ее преследовать, решив, что через нее сможет добраться до меня? А через меня — до нее!

Они стояли, прижавшись друг к другу, глядя на серебристую лунную дорожку на воде.

— Думаю, ты должна съездить к бабушке, — сказал Лайам. — Но ты должна разрешить мне увести Роуз в какое-нибудь безопасное место.

— Можно попросить помощи у Патрика, — ответила Лили.

— Можно… Но у меня есть старый друг в Университете Род-Айленда. В аспирантуре по океанографии. У него свой дом недалеко от Скарборо-Бич, в заливе Нарраган-сетт. Он разрешит нам пожить у него. И это совсем недалеко отсюда.

— Роуз еще никогда не разлучалась со мной, — сказала Лили, чувствуя, как заныло сердце. — Только когда лежала в больнице.

— Но ты делаешь это именно для нее, — произнес Лайам, — чтобы держать ее подальше от Эдварда, пока сама не будешь знать, чего от него ожидать.

— Она с удовольствием отправится с тобой, — пробормотала Лили. Роуз очень любила Лайама. На свой девятый день рождения, который они отпраздновали около месяца назад, она загадала две вещи: увидеть Нэнни — легендарного белого кита Кейп-Хок и иметь настоящего отца, такого, как Лайам. — А как все объяснить Роуз ? Сколько ей можно рассказать?

— Думаю столько, сколько она, на твой взгляд, сможет понять.

Лили даже не представляла себе, с чего начать такой разговор с ребенком. Роуз совсем недавно сделали операцию на сердце. И сейчас она только-только стала приходить в себя после этой, как считали врачи, окончательной операции, необходимой для излечения ее сердечного недуга — врожденного порока сердца, с которым она родилась.

— Не знаю… — задумчиво ответила Лили. — У нее появится столько вопросов.

— Все будет нормально, Лили, — успокаивающе произнес Лайам.

— Ты и раньше мне много обещал, — улыбнулась Лили. Но ни одно из его обещаний не могло сравниться с тем фактом, что он всегда был рядом и никогда не покинет Роуз — ребенка с больным сердцем, которому он помог появиться на свет.

— И не разу тебя не подвел, так ведь?

— Пока да, — произнесла Лили.

Повернувшись, она откинула голову назад и поцеловала его долгим и страстным поцелуем, чувствуя, как закипает кровь Ей казалось, что каждое прикосновение Лайама наполнено волшебной энергией и обещанием счастья. За окном волны бились о скалы и листья шумели от дуновений морского бриза. Лили вздрогнула, страстно желая больше любви и еще больше счастья.