— А я люблю тебя, Джек.

Потом они молча стояли, отчаянно обнимая друг друга.

Сверху послышался угрожающий грохот.

Джек поднял голову:

— Что это, Боже?

Казалось, что окружающие их скалы рушатся, превращаясь в тысячи, миллионы тонн смертоносных камнепадов. Погребальная камера сотрясалась. В спертом воздухе поднялись тучи пыли. Однако стены выдержали напор.

— Я говорила полковнику, чтобы он не пытался унести статую.

— Ты думаешь, он погиб?

Элизабет кивнула:

— Думаю, что Хилберт Уинтерз и его неправедно добытое богатство похоронены под целыми горами камней.

— Боже правый!

— Я предупреждала его, что на того, кто вынесет сокровище Мернептона Сети из этого священного места, падет проклятие.

Джек подозрительно посмотрел на нее:

— Ты на самом деле в это веришь?

— Не знаю. Но я твердо знаю одно: гробница была защищена ловушками. Древние строители были очень хитроумны и прекрасно владели искусством устраивать противовесы, блоки, поддельные двери и скрытые помещения. Они смогли придумать всевозможные механизмы, защищавшие фараона и его сокровища.

— Да, конечно. Достаточно только вспомнить, что смогли совершить строители пирамиды Хеопса, — согласился Джек.

Разжав объятия, он начал расхаживать по усыпальнице.

Элизабет поймала себя на том, что начинает говорить обо всем на свете:

— Мне жаль, что я больше не увижу матушку и Англию. Няню, Траута и наши сады. Мне хотелось найти возможность, чтобы Али смог учиться в Кембридже, если пожелает. Я даже представляла себе, как на пути домой остановлюсь в Марселе, чтобы убедиться в том, что у Колетт и Жоржа все ладится в их новой совместной жизни.

Джек в глубокой задумчивости продолжал ходить по погребальной камере.

Элизабет вздохнула.

— У меня были планы. Я хотела получше узнать жизнь, путешествовать по всему миру, переживать множество приключений. А потом в один прекрасный день я бы поселилась в сельской местности с любимым человеком и растила бы здоровых и счастливых детей. А сад у меня был бы полон роз.

— Сад с розами.

Эти слова были первыми, которые Джек произнес за последнюю четверть часа.

— Да, сад с розами.

— А ты встретила этого человека, это воплощение всех семейных добродетелей, за которого ты выйдешь замуж?

Она обвила руками его шею и заглянула ему в глаза:

— Я сделала гораздо больше. Я не только его встретила — я вышла за него замуж.

— А я думал, что он — всего лишь мечта, — пробормотал Джек, крепко ее поцеловав.

— Я тоже так думала. Но это была моя мечта, и я не сомневалась в том, что когда-нибудь его найду. — Ее глаза снова наполнились слезами. — Ты как-то сказал мне, что акт любви — это словно смерть и возрождение к жизни. Но я очень боюсь, любимый, что мы умрем и к жизни не вернемся.

Черный Джек пристально смотрел на нее. Его голубые глаза были полны решимости.

— А если бы у тебя был выбор, Элизабет, ты вышла бы за меня замуж снова?

— Не задумываясь.

— Обещаешь?

— Обещаю.

— Я прослежу, чтобы ты это обещание выполнила, милая моя женушка, потому что я знаю, как нам отсюда выбраться.

Элизабет чуть не потеряла сознание.

— Выбраться отсюда? — У нее перехватило горло. — Но как?

— Мне это пришло в голову, когда ты заговорила о механизмах, придуманных древними архитекторами. При строительстве великих пирамид они всегда предусматривали запасной выход — обычно это был длинный туннель, наклонно уходивший вверх от главной погребальной камеры. Выход его находился на поверхности, в каком-нибудь укромном месте. Может быть, боги будут к нам благосклонны, и мы найдем второй выход отсюда.

Они сразу же начали поиски.

— А что именно мы ищем? — спросила Элизабет.

— Что-нибудь вроде твоей фальшивой двери, которая на самом деле не фальшивая, — ответил ей Джек. — Это будет казаться естественным элементом усыпальницы, поэтому нам надо смотреть повнимательнее.

Элизабет взяла маленький факел и начала осматривать одну из стен погребальной камеры.

Джек с большим факелом направился к противоположной стене.

Прошло около получаса, когда Элизабет вскрикнула:

— Джек!

Он бросился к ней:

— Что такое?

Она указала на фреску, украшавшую участок стены:

— Смотри!

На фреске были изображены сам Мернептон Сети и Нефертери. Держась за руки, они поднимались по лестнице, уходившей к самым небесам.

— Очень может быть, — согласился Джек, оглядываясь по сторонам в поисках достаточно тяжелого орудия, которым можно было бы пробить покрытую штукатуркой стену. — Надеюсь, они нас поймут, — добавил он, поднимая древний молоток, чтобы нанести первый удар. Стена начала рушиться.