— Да… все хорошо, — пробормотала она. — Кажется, все тихо. Не пора ли ехать?

— Нет. Надо подождать, по крайней мере до рассвета. А может, и больше.

— Вы хотите сказать, нам придется провести здесь ночь? — растерялась Шери. Почему-то она была уверена, что индейцев и след простыл и они могут без опаски вернуться в форт. То, что случилось, было в ее глазах лишь досадным недоразумением — временным препятствием, которое легко устранить.

— Да, — сурово буркнул Бренд. Идея провести ночь в подобном месте нравилась ему не больше, чем ей.

— О!

— Похоже, вам это не по вкусу. А мне-то казалось, вы будете в восторге. — В голосе его звучала насмешка.

— Почему?

— По вашим же словам, нашей вылазке не хватает подлинности.

— Но я же своими ушами слышала, как накануне вы сами говорили лейтенанту, что для нашей вылазки выбрали самый простой маршрут. Только туда и обратно, чтобы к вечеру вернуться. Разве не так?

— Все верно. Так оно и было бы, если бы вы своими дурацкими вопросами постоянно не отвлекали меня. Вот и случилось то, что я прозевал опасность.

— Если бы я вас не отвлекала? — вне себя от бешенства повторила Шери. — Это вы мне? А вы не забыли, кто увидел след?! — Глаза ее загорелись гневом, даже страх куда-то исчез. — И вместо благодарности за спасение вашей же собственной шкуры вы попрекаете меня тем, что я, дескать, задавала вам вопросы?!

— А если бы не вы, ни о каком спасении вообще не было бы и речи! — рявкнул он. — Если бы не вы, я бы сейчас уже вернулся в форт, поужинал и отправился отдыхать! И не сидел бы в этой пещере, да еще вместе с вами, когда вокруг полным-полно апачей, готовых в любую минуту содрать с вас скальп!

Взгляды их скрестились, точно стальные клинки. Ни один не желал сдаваться.

— Никакой вы не герой! — бросила она.

— И слава Богу! — фыркнул Бренд. — Ведь это ваша собственная выдумка, и сейчас самое время выкинуть из головы всю эту дурь! Это жизнь, милая моя, а не волшебная сказка, черт возьми! И не надейтесь, что из-за моря прискачет принц на белом коне, чтобы освободить принцессу! Вы в ловушке посреди дикой прерии, а вокруг бродят индейцы, которые, не задумываясь, сдерут с вас скальп, попадись вы к ним в лапы!

Повисло долгое молчание, которое в конце концов прервал Бренд:

— Вы умеете обращаться с винтовкой?

— Дома я немного практиковалась в охотничьем клубе. А почему вы спрашиваете?

Он окинул Шери скептическим взглядом и со вздохом протянул ей свой револьвер:

— Ладно, взгляните сюда… просто на всякий случай. Он заряжен. Если меня убьют, возьмете его, но не раньше. Все понятно?

Глаза ее расширились. Волна ужаса поднималась в Шери, грозя захлестнуть ее с головой.

— Если вас убьют? — тупо уставившись на него, переспросила девушка.

— Да.

— Вы и вправду думаете, что нам суждено погибнуть? — Что-то вдруг дрогнуло в ее голосе.

— Знаете, мне пора на мой пост…

— Индейцы — самые настоящие дикари, правда? Убивать вот так, ни за что…

Эти слова вдруг воскресили в памяти Бренда далекое детство, которое он провел среди соплеменников отца, и он досадливо поморщился.

— У них на это есть причины, — жестко перебил он. — В конце концов, индейцы жили в этих местах еще с незапамятных времен, когда о белых никто и не слышал! Они считают, что бледнолицые украли у них то, что они привыкли по праву считать своим.

— Как вы можете защищать… этих кровожадных дикарей?!

— Не забывайте, во мне течет их кровь! — Голос его охрип, внезапно стал низким, угрожающим.

— Но вы вовсе не такой, как они! — запротестовала она.

— А вы уверены?

Бренд медленно надвигался на Шери, и вот наконец его исполинская фигура нависла над ней грозовой тучей.

Шери не шелохнулась. Ничуть не испугавшись, она смотрела ему прямо в лицо, будто ребенок, доверчиво и невинно.

— Девочка моя дорогая, вы живете в мире грез. Вам кажется, что вы меня знаете, но нет. Я докажу вам, что в моих жилах течет кровь свирепых краснокожих… — Бренд вдруг изменился, как по волшебству. Теперь это был неукротимый воин, о котором когда-то рассказывал Чарлз. И когда он рывком привлек ее к себе и яростным поцелуем впился в губы, она и не подумала сопротивляться.

Бренд с трудом понимал, что заставило его поцеловать девушку. Он хотел наказать ее, заставить понять, что Бренд ее мечты — просто выдумка.

С силой прижав ее к груди, он наклонился, и жесткие губы смяли ее рот. Поцелуй Бренда был поцелуем дикаря — яростным и ненасытным.

И тогда вдруг на него словно снизошло откровение. И Бренд замер, остро ощутив ее женственность… Присущий только ей аромат, затвердевшие соски манящей груди, трепет ее тела в его руках. Она не сопротивлялась, не пыталась вырваться, и Бренд вдруг отчетливо понял, что Шери вовсе не считает его поцелуй наказанием или чем-то ужасным. Внезапно испугавшись ее хрупкости, Бренд ослабил железное кольцо своих рук.