— Куда вас ранили?

— Никуда. Мне повезло. Пуля лишь слегка оцарапала мне висок. — И он показал всем присутствовавшим уже поджившую царапину.

— Мы рады, что вам повезло.

— А уж я как рад, — усмехнулся Шоуф, вызвав в зале веселый смех. — Сдается мне, что Дакота Кид не такой уж меткий стрелок, каким его все считают.

— Дай ему еще один шанс, старый хрен, и он тебе покажет, какой он стрелок! — рявкнул Джонсон. Присутствовавшие изумленно воззрились на него.

— Прошу сохранять тишину! — потребовала Алиса, холодно взглянув на Джонсона.

— Только попробуй еще раз без разрешения открыть рот, — прошипел Хоукинс, ткнув бандита в спину револьвером.

— Видели ли вы еще что-нибудь, мистер Шоуф? — спросила Алиса. — Сможете ли вы опознать кого-нибудь из этих троих людей?

— Да. Я видел их всех троих у дверей банка, еще до того как Кид выстрелил в меня.

— Вы видели, кто стрелял в Джона Мейсона и убил его?

— Нет. Меня как раз ранили, и мне было не до того.

— Благодарю вас. Можете занять свое место. Следующим Алиса вызвала Леса Андерсона.

— Мистер Андерсон, насколько мне известно, вы тоже были в банке во время ограбления, не так ли?

— Совершенно верно.

— Расскажите нам обо всем, что произошло с вами в тот день.

— Я пришел в банк положить на свой счет деньги. Только я это сделал и направился к двери, как в банк ворвался Дакота Кид с тремя своими бандитами. В руках у них были револьверы, и вид у преступников был устрашающий. Кид приказал кассиру собрать все деньги и, взяв их, бросился к выходу. Мистер Йорк выскочил за ними следом.

— Вы можете точно утверждать, что все эти трое мужчин принимали участие в ограблении банка?

— Да, мэм.

— Даже при том, что они были в масках?

— Да, мэм. Когда они выскочили на улицу, я смотрел на них из окна. Они уже сняли маски, и я отчетливо видел их лица.

— Вы видели, кто застрелил Джона Мейсона?

— Не могу с уверенностью сказать, но думаю, это сделал Брэкстон, — проговорил Андерсон. Он знал, какой дурной славой пользуется этот бандит, и хотел, чтобы его повесили.

Слейд весь напрягся, однако ничем не выдал своих чувств. При отступлении он стрелял вместе с остальными бандитами, но делал это осторожно, чтобы ни в кого не попасть. Он старался защитить Мейсона, а не убить его. Черт бы побрал тот образ, который создали для него в агентстве: образ матерого бандита и убийцы! И надо же, чтобы в него все поверили!

— Вы сказали, что думаете, будто Джона Мейсона убил Брэкстон. Сможете ли вы в этом присягнуть? Лес призадумался.

— Ну, я…

— Мистер Андерсон, вы уверены в том, что именно Брэкстон убил Джона Мейсона? Да или нет?

— Да.

По правде говоря, Лес не мог бы с уверенностью сказать, кто кого застрелил. Вокруг царила такая суматоха! Однако он рассудил, что все трое подсудимых — матерые бандиты, заслуживающие смертной казни. И если то, что он укажет на Брэкстона как на убийцу судьи, поможет отдать бандитов под суд и позволит наконец жителям города спать спокойно, он это сделает.

— Благодарю вас. Можете занять свое место.

— Вызываю последнего свидетеля. Крис Тернер. Свидетеля привели к присяге, и Алиса начала опрос:

— Мистер Тернер, расскажите суду, чем вы занимались в тот день, когда был ограблен банк.

— Я шел по улице, когда кто-то выстрелил в Гая. Я бросился к нему. Думал, может, чем-то смогу ему помочь, и эти подонки выстрелили в меня тоже.

— Вы были серьезно ранены?

— Да. Меня ранили в бок.

— Но сейчас вы чувствуете себя уже лучше?

— Да.

— Вы были свидетелем того, как убили Джона Мейсона?

— Я видел, как он упал.

— Вы видели, кто в него стрелял? Присутствует ли этот человек в зале?

— Я не могу точно сказать, кто его убил. Стоял такой шум-гам. Все кричали, отовсюду раздавались выстрелы. Прямо ад какой-то!

— Благодарю вас. Желаете еще что-нибудь добавить к вашим показаниям?

— Да! Надеюсь, их всех повесят. — Тернер с ненавистью взглянул на заключенных. — Они этого заслуживают! Джон Мейсон еще мог бы жить и жить, а этим подонкам уже давно пора быть на том свете!

— Вы свободны.

Слушая показания свидетелей, Алиса была внешне спокойна, но бледна. Второй раз в жизни ей было так тяжело. В первый раз — это когда она хоронила отца.