— Роке не знает слова «любовь», — парировал Видалл. — Антония же до сих пор просто не встретила человека, с которым ей захотелось бы провести всю оставшуюся жизнь. А я, если хочешь знать, никогда не рассматривал ее в качестве своей будущей жены.

— Так значит, вы просто друзья? — с сарказмом поинтересовалась Леони. — И ты даже близко не подходил к ней два года назад.

— Наоборот. Мы провели очень много времени вместе за те три дня, что я был здесь. Мы оба взрослые люди. И тогда мы оба были свободны. Если бы Роке что-то значил для Антонии, она бы мне сказала.

— А тебе не приходило в голову, что именно ты мешаешь ей обратить внимание на другого мужчину?

— Нет, — признался Видалл. — Какие еще мысли Роке вбил тебе в голову?

— Он не сообщил мне ничего нового. Твоя репутация всем известна. Папа сказал, вы с Роке всегда были чужими? На то есть причины или это просто мальчишеское соперничество, которое длится до сих пор?

— Некоторым может показаться и так, — улыбнулся Видалл. — Роке просто не может смириться с тем, что я унаследую все то, что он приберегал для себя.

— Но он ведь отнюдь не беден.

— Деньги — только одна из причин. Ты многого не знаешь. Одно могу сказать точно: хоть мы и братья, но мы навсегда останемся друг другу чужими.

Некоторое время они ехали молча.

— Тебя влечет к Роке? — неожиданно спросил Видалл.

— Нет, — призналась Леони. — Мне было невыносимо смотреть на то, как ты флиртуешь с другой. Я устала от неприязни твоей матери… Если бы только все сложилось иначе!..

— Что ты имеешь в виду?

— Не важно. Ты добился своего. Убил двух зайцев одним ударом.

— Какими бы ни были причины, по которым мы вместе, ты ничего не потеряла, — ответил Видалл полушепотом. — В любом случае я не потешу самолюбие Роке, позволив ему достичь того, к чему он стремится!

Тем временем они подъехали к воротам Палаццо де Мече. Видалл заглушил мотор и помог Леони выйти из машины.

— А к чему он стремится? — спросила она, когда они вошли в полуосвещенный холл.

— Он хочет разозлить меня, чтобы я наконец согласился драться с ним, — сообщил Видалл. — Роке считает, что иного пути доказать то, что ты мужчина, нет.

— Многие думают так же.

— Нет. Я не считаю применение силы достойным выходом из положения.

Леони посмотрела на мужа. Он был так прекрасен в приглушенном свете канделябров. Вдруг странное чувство пронзило все ее существо. Если он не любит меня, так как мне этого хочется, подумала девушка, я должна попытаться изменить это. Пора забыть о плохом начале и пойти в сторону счастливого конца.

— Пойдем спать, — произнесла она нежно, пока ничто не изменило ее намерений.

За завтраком сеньор Сантос ни словом не упомянул о событиях прошлого вечера. Его жена, наоборот, всем своим видом выказывала неудовольствие поведением невестки.

— Неужели клятвы, данные перед алтарем, ничего для тебя не значат?

— Вам не кажется, что вы немного неверно восприняли последние события?

— Нет! — бросила женщина. — Твое место рядом с мужем!

— Тогда меня следовало бы посадить рядом с ним за обедом, — заметила Леони. — И мне кажется, я не сделала ничего предосудительного. Это вы настояли, чтобы я сыграла на рояле, сеньора. А я просто попросила Роке выступить после меня. Я считаю его гораздо лучшим пианистом.

— Поэтому ты пригласила его прогуляться по саду?

— Довольно, — скомандовал сеньор Сантос. — Не тебе устраивать Леони разнос, дорогая. Видалл ее муж. Он, и только он, должен решать, как поступить с ней.

— Мы уже все выяснили, — вмешался последний. — Какие у нас планы на сегодня? — добавил он немного погодя. — Если вы, конечно, хотите, чтобы мы еще погостили.

— Мне бы хотелось, чтобы ты съездил со мной на угодья, — попросил отец. — Ты должен познакомиться с Хавьером Альваресом. Он заменил Родриго в прошлом году. — Он поднял руку, когда Видалл собрался что-то сказать. — Я знаю, что тебя мало интересуют эти дела, но придет время, когда ты возьмешь на себя всю ответственность.