– Но я не хочу, – простосердечно возразила англичанка. – У меня нет желания напрасно тратить в постели весь день.

– Напрасно? – возмутился Стефан. – Это очень жестокий удар по моему самолюбию, – укорил он ее.

– Я не это имела в виду, – принялась оправдываться София. – Но я ведь приехала сюда по делам.

– Не смеши меня, – улыбнулся Стефан. – Давай перекусим, я сильно проголодался.

– Потерплю до ленча, – сухо сказала София, обиженная таким легкомысленным отношением к ее работе.

– Тогда, может быть, сок, чай или кофе? – настаивал Стефан.

– Не стоит беспокоить твоих слуг из-за такой мелочи. Я сделаю кофе сама.

– Принесешь его в гостиную, – согласился с ее предложением Стефан.

– Хорошо, – покорно кивнула она.

– Итак… Куда мы пойдем сегодня? – задал ей вопрос Стефан, когда кофе был готов и наполнил своим бодрящим ароматом гостиную. – Венеция ждет тебя.

– Я предпочитаю посвящать дневные часы работе, – сдержанно произнесла София.

– А если я, как гостеприимный хозяин и работодатель, буду настаивать на совместной прогулке? Поверь, со мной можно договориться, – подмигнул он своей очаровательной гостье.

– Тогда, наверное, будет так, как ты пожелаешь, – без тени кокетства ответила она.

– Давай отправимся в бар «Гарри». Если с твоей стороны не поступит других предложений, разумеется.

– Сегодня я, пожалуй, не стану возражать. Но уже завтра мне бы хотелось приступить к работе. Ты сам говорил, что времени до аукциона осталось не так уж много.

– Шесть недель… – уточнил Стефан Хэвиленд.

– Для начала мне надо посмотреть на картины, с которыми придется работать эти шесть недель, – требовательно объявила София.

– Ты женщина с принципами? – насмешливо произнес Стефан.

– Это кажется тебе противоестественным? – холодно поинтересовалась она.

– Видимо, всю жизнь я имел дело не с теми женщинами, поэтому так удивлен, – продолжал подтрунивать над своей гостьей Стефан.

– Твои замечания звучат несколько оскорбительно, – вынуждена была признать София.

– Не хотел тебя обидеть, но я уже давно не питаю иллюзий в отношении людей вообще и женщин в частности… Выпей еще кофе.

– Благодарю, больше не хочется, – сказала София, вставая.

– Будь по-твоему, – согласился Стефан. – Я отведу тебя в галерею, чтобы ты смогла ознакомиться с полотнами. Заодно покажу тебе старинные семейные портреты.

Выйдя из гостиной, Стефан и София столкнулись с Розой.

– Приготовить обед и ужин, синьор Стефано? – поинтересовалась экономка.

– Я планирую пообедать в городе, но к ужину мы вернемся. Я хочу показать синьорине Софии Венецию.

– Надеюсь, вам уже успел полюбиться наш город, синьорина Джордан? – спросила у гостьи Роза.

– Без сомнения. Это волшебный город, – улыбнулась София. – Я влюбилась в него с первого взгляда.

– А иначе и не бывает, – поддержала ее Роза. – Помню, то же самое сказал и ваш о… – Тут она осеклась, а Стефан, немедленно заметив ее оплошность, обратился к Софии:

– Идем, дорогая. Если тебя охватило такое горячее желание ознакомится с картинами, нам не следует откладывать… А вы, Роза, не могли бы предупредить Анджело, что ужин будет в восемь?

– Конечно, синьор Стефано. – И Роза поспешила ретироваться.

– Если я срочно понадоблюсь, вы сможете найти меня в галерее, – бросил ей вслед Стефан и повел Софию в самую старинную часть дома.

Фамильная галерея производила на всех посетителей удивительное по силе впечатление. Длинный коридор с мозаичным мраморным полом и стенами, сплошь увешанными старинными картинами в тяжелых багетных рамах… Причудливые светильники, свисающие с потолка. Солнечный свет проникал сюда через огромные окна.

Стефан сообщил, что коллекции картин уже не менее шести веков.

– На сегодняшний день это одно из самых примечательных собраний старинной живописи… Начало ему положил мой предок Джованни Фортуна, венецианский дож, в конце четырнадцатого века… Вот портрет Джованни кисти его великого современника, имя которого ты без труда установишь, будучи хорошим экспертом, в чем я нисколько не сомневаюсь, – хитро посмотрел на Софию гордый обладатель бесценных произведений средневекового искусства. – А эта солидная дама с жемчужным ожерельем – давняя прародительница моей тетушки Франчески.