— У дворфа определенно имеется талант, — заметил Вульфгар.

От свежевымытых волос Кэтти-бри пахло весенними лилиями. Она почти всегда носила их свободно распущенными по плечам, но сейчас с одной стороны волосы были подобраны, а с другой — вились густой волной. Кэтти-бри надела открытое голубое платье, оттеняющее сияние глаз, глубокий вырез открывал нежную кожу плеч, а бело-золотой, свободно повязанный пояс подчеркивал округлые линии тела. Платье немного не доходило до пола, и Вульфгар не смог сдержать удивленную улыбку, заметив, что на ногах Кэтти-бри не обычные мокасины из оленьей шкуры, а пара изящных босоножек из кружева и тесьмы.

— Я оказалась перед выбором: позволить ему проделать все это со мной или щелкнуть по носу, — произнесла Кэтти-бри, выдав свое смущение слегка заметным дворфским акцентом.

— И тебе это совсем не нравится? Кэтти-бри сердито нахмурилась.

— Ты бы не хотела показаться в таком виде Дзирту? — не унимался варвар. — И выражение его лица не доставило бы тебе никакого удовольствия?

— Мне доставляет удовольствие сражение с орками.

— Прекрати.

Кэтти-бри вздрогнула, словно получила пощечину.

— Прекрати, — повторил Вульфгар. — В Серебристой Луне тебе не нужны ни сапоги, ни оружие, ни привитая дворфами практичность, ни этот давно забытый акцент. Ты хоть посмотрела в зеркало после того, как Фрет над тобой поколдовал?

Кэтти-бри фыркнула и хотела отвернуться, но насмешливый взгляд Вульфгара ее удержал.

— А надо было, — сказал он.

— Ты говоришь глупости, — отрезала Кэтти-бри уже без всякого акцента.

— Ничего подобного. Разве глупо наслаждаться видом Серебристой Луны?

Он слегка повернулся и показал рукой на сгущающийся полумрак с западной стороны и потемневшие здания прекрасного города с горящими свечами в окнах. Мягкие огни безобидного магического пламени подсвечивали некоторые башни, обрисовывая их стройные силуэты.

— Неужели ты не позволила себе удивляться, пока мы шли по улицам к дворцу? — спросил Вульфгар. — Неужели не ощутила окружающую нас красоту? Так почему же ты не относишься так же к своей внешности? Почему так упрямо прячешь ее под слоем пыли и поношенной одежды?

Кэтти-бри покачала головой. Ее губы несколько раз шевельнулись, словно она хотела что-то сказать, но не находила слов.

— Дзирту понравился бы твой нынешний облик, — продолжал Вульфгар. — Мне, твоему другу, очень приятно на тебя смотреть. Хватит прятаться за грубым акцентом и потрепанными платьями. Хватит бояться самой себя, хватит скрывать свою истинную сущность. Ты не боишься показаться после трудного дня вспотевшей и грязной. Ты не тратишь время на прихорашивание и наряды, и все это говорит в твою пользу. Но в такие моменты, как этот, когда предоставляется возможность, не стоит ее отбрасывать.

— Я чувствую себя… бесполезной.

— Тебе надо чувствовать себя хорошенькой и радоваться этому. Если тебе действительно все равно, что скажут другие, зачем отказывать себе в приятных мыслях?

Кэтти-бри сначала взглянула на него с любопытством, потом на ее лице зажглась улыбка.

— Кто ты такой и что сделал с Вульфгаром?

— Могу тебя заверить, странник давно мертв. Я сбросил его вместе с узами Эррту.

— Я никогда не видела тебя таким.

— Я никогда и не чувствовал себя так. Я доволен, и мой путь мне известен. Теперь я в ответе только перед самим собой и больше ни перед кем, и я никогда не ощущал такой свободы.

— И ты хочешь разделить ее со мной?

— Со всеми, — со смехом ответил Вульфгар.

— Я и правда посмотрелась в зеркало… Или в два, — призналась Кэтти-бри, и Вульфгар засмеялся еще громче.

— И тебе понравилось то, что ты увидела?

— Да, — созналась она.

— И ты бы хотела, чтобы Дзирт был рядом?

— Хватит, — взмолилась она, что тоже означало «да». Вульфгар взял ее за руку и увлек к перилам балкона.

— Так много поколений эльфов и людей строили этот город. Здесь могут найти убежище такие, как Фрет и ему подобные, и все мы можем прийти сюда и просто стоять и смотреть, просто наслаждаться. И это, как мне кажется, самые важные моменты. Откровенно заглянуть в себя без страха и сожалений. Я мог бы сражаться с орками или драконами. Я мог бы добывать руду мифрила в глубоких шахтах. Или вести охоту в Долине Ледяного Ветра. Но есть такие места, как это, и их, к сожалению, так мало, где можно просто смотреть и радоваться, и это важнее всего остального.

Кэтти-бри обвила Вульфгара рукой за талию, положила голову на его сильное плечо, и двое друзей стояли рядом, любовались городом и радовались жизни.

Вульфгар в полном умиротворении положил руку на плечи Кэтти-бри, и оба в глубине души поняли, что настал момент, который следует хранить в самой глубине памяти до конца дней. В этом мгновении воплотилось все, что они испытали, начиная с того судьбоносного дня, когда молодой воин Вульфгар в своем безрассудстве хлопнул по голове старого крепкого дворфа по имени Бренор.