Шрифт:
– Я не знала, что ты имеешь понятие о том, кто такой Рембо, – съязвила Саванна, стараясь не хихикать. Она и представить не могла любимого мужчину в кинотеатре.
– И ты видел его знаменитый удар? – скептически поинтересовался Гарри.
Грегори издал звук, выражающий нечто среднее между презрением и насмешкой.
– Я смотрел твои воспоминания об этом. Что я могу сказать? Интересно… Глупо, но интересно. – Он уставился на Гарри. – Tы его фанат?
– Был когда-то. Но потом я встретил тебя. – Гарри расплылся в озорной улыбке.
Карпатец издал угрожающий рык, но Гарри и Саванна лишь рассмеялись в ответ.
– Держу пари, он также тайный фанат Рембо! – шепнула украдкой карпатка.
– И каждый вечер ходит в кино, – кивнул Гарри.
Саванна от души рассмеялась, ее мягкий смех был на удивление заразительным.
Грегори покачал головой, притворившись, что не слышит, но внутри он от души смеялся над их шутками. Древнейший пристально вглядывался в здание отеля, зная, что скоро им придется столкнуться со злом, с зомбированными членами тайного общества. Внезапно Темный остановился.
– В твоей комнате кто-то есть, Гарри.
– Ты ведь даже не знаешь, где моя комната, – запротестовал ученый. – В этом отеле полно туристов, не торопись с выводами.
– Я никогда не ошибаюсь, – мягко сказал Грегори. – Поднимешься к себе один?
– В этом нет необходимости, любимый,– заметила Саванна. – Тебе нравится этот смертный, ты переживаешь за него.
– Скорее, меня беспокоит твое излишне-трепетное к нему отношение.
– Тебе бы хотелось, чтобы я так думала, но я читаю твои мысли и вижу, что ты все больше к нему привязываешься.
Грегори не хотел признавать правоту любимой. Михаил также дружил с человеком, был безгранично привязан к нему. Грегори никогда раньше не понимал привязанности. Саванна прежде испытывала искренние чувства к Питеру, и Грегори сложно было это понять, но теперь то же самое начинало происходить и с ним. Он в самом деле восхищался этим смертным и искренне не хотел, чтобы с ним что-нибудь случилось.
– Скажите, что я должен делать? – воскликнул Янсен, раздраженный тем, что люди вокруг постоянно его толкали.
– Ты просто пойдешь к себе и постараешься раздобыть как можно больше информации, пока тебя не попытаются убить, – ответил карпатец.
– Попытаются.Звучит многообещающе, – нервно заявил смертный. – Попытаютсяменя убить.
– За себя не беспокойся, – продолжал уверенно наставлять его Грегори. – Лучше побеспокойся о том, чтобы полиция ничего не заподозрила и не объявила тебя в розыск. Если не понял, разъясняю: это значит никаких трупов в твоем номере.
– Ясно. За нами уже охотятся вампиры и психи из тайного общества. Этого вполне достаточно. Не хватало еще, чтобы за нами охотилась и полиция. – Гарри весь вспотел от волнения и попытался вытереть влажные ладони о джинсы.
– Не волнуйся ты так, – улыбнулся Грегори. – Я буду рядом с тобой. Так что у тебя есть шанс поразвлечься и почувствовать себя настоящим Рембо.
– У него хотя бы пушка была, – ворчал Гарри. – А я иду туда с голыми руками. Честно говоря, я ни разу не одерживал победу в драках. Вечно оказывался либо в мусорном бачке, либо лицом в грязи. Так что сразу предупреждаю, дерусь я из рук вон плохо.
– Зато я хорошо, – мягко сказал Грегори, неожиданно для себя самого положив руку на плечо Гарри. Это был первый случай, когда карпатец прикоснулся к нему в знак дружбы. – Ma cherie, в прошлый раз он намеревался сразиться с человеком с ножом в руках, используя лишь собственный лабораторный халат в качестве кольчуги. Гарри густо покраснел.
– Ты же знаешь, что привело меня в лабораторию в тот день, – напомнил он Темному, испытывая чувство вины. – Я готовил транквилизатор, а они сделали его ядом. Вся информация о разработках в этой области хранится в моем ноутбуке.
– Это все больше и больше напоминает дешевый боевик, – задумчиво произнес Грегори. – Ну да ладно! Идемте! Снаружи он оставался спокойным и невозмутимым, но внутри у него все бурлило от смеха. – Не волнуйся за свою формулу. Я позволил одному из членов общества ввести ее мне в кровь, поэтому мы уже знаем ее компоненты и работаем над противоядием.
– Так она не действует? – Гарри был шокирован. Он потратил уйму времени, работая над формулой. И даже зная, что Моррисон и его команда приложили к ней свою руку, он все равно расстроился, что она не дала результата.