Она предвкушала прикосновение обжигающих губ Фалькона. Она знала, что он будет делать, и тело ее напряглось в ожидании. Фалькон нашел сосок и осторожно втянул его своим горячим и жадным ртом. Сара услышала собственный голос, произнесший его имя. Она прижала Мужа к себе и выгнула тело дугой, предоставляя в его распоряжение свою грудь. Бедра Сары двигались синхронно с его бедрами.

Губы Фалькона перемещались по выпуклостям ее груди, язык совершал вращательные движения. Саре показалось, что она разрывается на миллионы мельчайших кусочков: ее тело ныло от напряжения.

– Фалькон… – с мольбой выдохнула она его имя, готовая выполнить любое желание Темного Ангела.

Он сжал руками бедра Сары, глубоко проникнув в ее тело и сознание. Он впился зубами в кожу Сары. Их пронзила раскаленная молния, полностью поглотив в своем пламени. Девушка мотала головой из стороны в сторону, но ее тело непрестанно корчилось от наслаждения. Бесконечно. Интенсивно. Снова и снова.

Фалькон дрожал, мозг его затуманился от страсти и желания. Прижав голову Сары к своей груди, он шепотом приказал ей пить. Воин почувствовал, как рот Сары задвигался по его коже. Тело напряглось от почти невыносимого наслаждения, граничащего с болью. Теперь Жена находилась полностью в его власти. Фалькон просил ее выпить как можно больше крови, чтобы обмен действительно состоялся. Его тело отяжелело, ослабело и жаждало разрядки, последней вспышки экстаза. Он закрыл рану на своей груди и, как только Сара пришла в себя, завладел ее ртом.

А потом Фалькон проник внутрь нее, беспощадно и бесконтрольно двигаясь, приближая их обоих к высшей точке наслаждения. Она прильнула к нему, выгнув женственное тело и полностью раскрывшись. Воин поднял голову, желая увидеть в ее глазах любовь, приглашение, желание. Желание принадлежать ему. Только ему. И никому другому. И он узрел в ее взгляде страсть – как тогда, когда она впервые узнала его. Желание исходило из глубины ее души, светилось в глазах. Сара принадлежала ему. А Фалькон принадлежал ей.

Огонь охватил их обоих. Кожа блестела от пота. Он сжал руки Сары, и они двигались вместе – быстро, обезумевше, но невероятно нежно. Она чувствовала, как внутри нее набухает его член. Видела его застывшие, остекленевшие глаза. Ее тело напряглось, мышцы сжались. Она выкрикнула имя Фалькона. Его дыхание оборвалось; они вместе достигли вершины.

Фалькон и Сара долго лежали обнявшись. Их тела плотно переплелись: его бедра – поверх ее бедер, его член – у нее между ног. Губы и руки Фалькона продолжали ласкать ее. Сара со слезами на глазах лежала под ним, все еще не веря, что Фалькон – рядом с ней, внутри нее. Они стали одним существом. Сара никогда больше не будет одна. Он наполнял ее душу и разум так же, как и тело…

– Мы подходим друг другу, – тихо прошептал он, – идеально подходим.

– Ты знал, что это будет именно так? Так чудесно?

Потом Фалькон зашевелился и вылез из постели. Он поднял Сару и отнес в душ. Фалькон слизывал льющуюся воду с ее шеи, наблюдая, как капли стекают по груди и ребрам. Она делала то же самое, хватая горячим и напряженным ртом капли, стекающие по его плоскому, жесткому животу. И он еще раз овладел ею. И вскоре повторил, поскольку не мог не уделить внимания ее безупречной попке, которую отражало зеркало, стоящее на маленьком туалетном столике. Сара была отзывчивой и жаждущей, как и сам Фалькон. Он хотел, чтобы эта ночь никогда не кончалась.

Сквозь задернутые шторы просочились первые лучи утреннего солнца. Сара и Фалькон обнявшись лежали в постели и разговаривали. Она не помнила, чтобы когда-то еще так много смеялась; Фалькон прежде не думал, что умеет смеяться. Скрепя сердце, он наклонился к ней для прощального поцелуя.

– Ты должна уйти, если намерена сделать это, Сара. Я хочу, чтобы ты поднялась в Карпатские горы до наступления ночи. Я появлюсь там позже и сразу найду тебя.

Сара выскользнула из постели и подошла к скульптуре, которую изваяла много лет назад. Она не хотела покидать его. Всю оставшуюся жизнь она хотела наслаждаться им, быть рядом с ним.

Фалькону не нужно было читать ее мысли, чтобы узнать, о чем она думает; они отражались на ее лице. Но ее опасения только облегчали ему задачу, давали возможность осуществления планов. Он поднялся и прижался к ней всем телом. Ему хотелось спать; ему хотелось припасть к земле и полностью исцелиться. Но больше всего на свете ему хотелось оставаться рядом с Сарой.

– Я боюсь, что если уйду, то, возможно, никогда не смогу усыновить детей. Чиновники обеспокоены, потому что я прошу отдать мне семерых, а документов еще нет. – Она тревожно переплела пальцы рук.

– Михаил сможет избавить нас от этой волокиты. У него много дел в этом регионе, и его хорошо знают. – Фалькон поднес ее пальцы к своему рту, чтобы согреть дыханием и успокоить ее. – Я не был на родине много лет, но хорошо знаю, что там происходит. Он сможет помочь нам.

– Откуда ты это знаешь, если ты отсутствовал так долго? – Сара еще не была готова доверить вчерашнему незнакомцу столь важное для нее дело.

Он улыбнулся и взъерошил ее волосы.

– Все мы поддерживаем мысленную связь друг с другом. Я чувствую, когда охотники проходят по земле или когда кто-то заболевает. Знаю, что наш Князь чуть не потерял свою Жену. И не один раз, а дважды. Знаю, что он потерял своего брата, но потом тот вернулся к нему. Михаил поможет тебе. Когда ты попадешь в те края, вечером он посетит тебя и станет твоим покровителем. Я поднимусь, как только смогу, и приду к тебе немедленно. Он поможет нам подыскать хорошее место для нашего дома, рядом с его жилищем и под защитой всего карпатского племени. Я наметил твой путь в горы.