К чему я это? А к тому, господа, что иные собаки, иных людей, куда как получше будут. Однако оскорбление спускать мы, гусары непривычны… Но все же, первым стрелять я не стал. Просто вежливо порекомендовал незаконнорожденному отпрыску престарелой плешивой гиены и гунявого осла прогуляться до уборной и тщательно вымыть рот при помощи ароматного мыла, дабы не отравлять воздух столь отвратительным запахом, коий у него изо рта выходит.

Это и послужило спусковым крючком для их рефлексов. Один, самый, по-видимому, резвый, нажал на спуск и пистолет в его руке дернулся, посылая пулю в «тело» фантома.

Нехорошо стрелять в человека, который мало того что безоружен, так еще и ничего плохого тебе не сделал. Говорить эти слова, что метать бисер перед свиньями, а вот поучить следует. Применять магию против таких слабосильных в моем нынешнем состоянии противников даже не стоило, обойдутся и простейшими средствами грубой материальной формы. Устрою-ка я тут тир со стрельбой по подвижным мишеням из нового для себя оружия — многозарядного пистолета. Достаю свой кладбищенский трофей, передергиваю затвор, досылая патрон в ствол (спасибо Элен за краткое пояснение принципов работы) и ответный выстрел проделывает в голове стрелявшего аккуратное маленькое отверстие посреди лба.

Да, в руке фантома также появился пистолет, пусть и совершенно безвредный — надо же дать возможность бравым парням пострелять теперь и в вооруженного противника. Пусть порезвятся… напоследок. К пистолетным выстрелам примешиваются более громкие винтовочные, а вот и заполошный треск нового достижения мысли оружейной, что автоматом именуется. Ну а как им не стрелять, ведь один их дружок на полу валяется с дыркой в голове и видно, что тут не доктор, а только лишь гробовщик потребен. А у меня в обойме еще семь пуль имеется, а причин жалеть разбойничков — ровно на семь меньше. Семь минус семь — в итоге получаем ноль. Нет причин для жалости и все тут!

Балбесы… Не понимают, а точнее даже не пытаются понять, что пули поражают их совсем с другого места, нежели они могли выделать из пистолета фантома, да и звук тоже с другой стороны идет. Увы, недостаточно ума и умения, дабы воспользоваться сей не очевидной, но все же подсказкой. А раз так, то и говорить не о чем.

Тир закончился. Произведено семь выстрелов, на полу валяются семь трупов. Еще одна пуля в стволе осталась. Впрочем, пистолет можно и выбросить, — зачем он нужен без боеприпасов? Возьму взамен что-нибудь другое, благо выбор теперь довольно богатый. Да и Элен может чего хорошего посоветует. До чего же развито у нее любопытство, едва отзвучало эхо выстрелов так она тут как тут. Убираем фантом заодно с избирательной невидимостью и вот он я, в своем обычном виде.

— Уходить отсюда пора, — с ходу заявила девушка. — Выстрелы больно громкие, наверняка полицию уже вызвали.

— Сейчас и уйдем, только вот оружие возьму — грех оставлять такие хорошие вещи.

Мои руки сами потянулись к маленькому, компактному автомату, что лежал на полу, выпав из рук одного из мертвецов. Заодно я извлек из-за пояса бывшего владельца парочку запасных магазинов, ведь сие оружие пожирает боезапас пожирать должно со скоростью огромной.

Элен меж тем тоже времени даром не теряла, разжившись где-то довольно вместительной сумкой, куда сейчас и складировала оружие относительно небольших габаритов. Малость подумав, я отправил туда приглянувшийся мне автомат, а сам ограничился пистолетом, который и заткнул за ремень.

Перекинув издавшую возмущенный лязг сумку через плечо, я направился к выходу, но на полпути остановился… Не след привлекать излишнее к себе внимание, ой не след! Тем более коли можешь уйти тихо и незаметно.

— Элен, подойди ко мне, — попросил я, и спустя пару секунд добавил. — сейчас я сделаю так, что нас просто никто не заметит, если только этот некто не имеет отношения к магии.

Привычная уже операция и вот нас не в состоянии заметить какая-то там полиция, да и прочие излишне любопытствующие. Можно и уходить. Разве только… Поперек души стоит тот факт, что мой дом превратился в нечто непотребное, то есть место обитания весьма неуважаемых людей. Огонь. Тот самый, который способен отчистить любую грязь и на месте пепла вполне реально возникновение нового, более достойного. Жаль, что вампирам недоступна огненная магия, как и вообще любая, имеющая прямое отношение к стихиям. Но всегда можно найти обходной путь.

Пусть давно, но я жил здесь, а значит это место было мне не чужим. Ну а такой случай предусматривает более широкие возможности для магии, особенно вампирической. Я позвал его, и дом откликнулся, с искренней радостью ткнулся в сознание, словно преданный пес, надолго разлученный с хозяином, и вот наконец-то вновь его встретивший. Да, похоже, бывшие после меня владельцы так и не смогли вызвать симпатию у дома. Он был готов к любым услугам, и я со вздохом отдал ему последний приказ: — Пора освободиться, друг. Довольно ты служил людям. — И словно артиллерийский офицер на редуте Бородина скомандовал — Огонь!

Дом словно вздохнул. Невидимое, вмурованное в стены добавление, которого не было в мое время — тонкая паутина металлических жил, по которым текла своеобразная энергия, пусть и сугубо материального плана, на мгновенье прекратила свою работу. Электричество… Способно освещать, но также убивать и жечь Неизвестное мне доселе явление. Но дом прекрасно знал, как с ним управляться. Жечь! Не вижу, но чувствую по всему дому вспышки, гаснущее освещение, но тут же возникающее пламя. Сначала оно робкое, осторожными касаниями огненных лепестков ощупывающее пространство в поисках пищи, ну а потом постепенно набирающее силу.