— Он отправился в ад для безголовых, — обращаюсь к оставшимся шестерым. — Вам билет на ту же станцию или придумать нечто пооригинальнее?

Ровно половина из них, то есть три экземпляра, пытаются бежать. Нет уж, мне это не надо! Жест, несколько слов на давно умершем языке и вокруг нас возникает бледно-серая, практически невидимая стена. Незадачливые беглецы пытаются проскочить сквозь нее, но врезаются и с жалобными стонами отползают обратно.

Стена… По правде говоря, ее там и нет, так, видимость, иллюзия. Зато чем больше страх запертого внутри человека, тем большую прочность она приобретает. Так что трусам отсюда не выбраться ни при каких условиях. Ладно, пока они там охают и ахают, займусь другой троицей. Ага, один из них изволит навести на меня пистолет какой-то странной формы, коротенький такой. Ствол ходит ходуном, сам весь дрожит, словно пьяный могильщик ранним утром…

— С-стой, ст-трелять буду! — истерически, с подвыванием заголосил он. Вот как, по-русски заговорил. Может ведь, когда хочет…

— Пли!

От громкого крика самым что ни на есть командным голосом этот лопух нажал на спуск и пуля просвистела высоко над моей головой. Старый трюк, но с такими людьми действует на удивление эффективно. Но тут вдруг раздался второй выстрел, а за ним и третий. Вторая пуля опять пролетела мимо, ну а третья все же попала. В плечо, но ведь неприятно! Затянется через пару секунд, но что это за пистолет такой, что стреляет несколько раз подряд, да еще с такой скоростью? Никогда таких не видел, а посмотреть любопытственно было бы.

Но обстрел этот надо прекращать. Благо и выбор богатый, очень богатый. Кладбище место уникальное — можно творить такое, что в других случаях ой как трудно, ну а тут… Здесь везде тела, даже там, где от могил и следа не осталось. Жест, подкрепленный мыслью, и из-под земли высунулись две призрачные руки, обхватившие стрелка за лодыжки и дернувшие вниз. Стоит чухонский «богатырь», врос в землю по самую шею. А где остальное? Под землей разумеется, надо же кладбищенскому духу чем-то заняться. Вот и будет ему пожива, может сразу жизнь вытянуть, а хочет — пусть потянет процесс. Впрочем, я и духом это существо зря назвал — ни разума, ни сознания, одно лишь желание сожрать или напугать. Сам по себе никчемный, но если разбудить, да еще чуть силы добавить, тогда неплохой помощник получится. В пределах кладбища опять же.

Минус один, имеем пять… Так, а что это у меня в руке? О, голова… Бедный Йорик! Я знал его, Горацио. Считаете, что отрубленная, вернее оторванная, голова — штука абсолютно бесполезная? Ошибочка с вашей стороны. Например, можно череп на каминную полку поставить или в качестве пепельницы использовать. Но это дело долгое, не сиюминутное. Так что брошу-ка я ее. Но не просто так, а в направлении приговоренного к смертной казни… через загрызение. Метательный снаряд пролетел с десяток метров и попал точно в цель, то есть в область шеи очередного разбойничка. Ну а там, она открыла как глаза, так и пасть, начав с большим аппетитом откусывать кусочки от своего бывшего знакомца. Оживший мертвец вообще отличается крайней прожорливостью и полным отсутствием памяти. Так, ходячая кукла, пригодная для простейших действий типа возьми-принеси-пойди-загрызи.

Так, те трое, что пытались убежать, так и носятся по периметру стены, путаясь в слезах и соплях, ну а четвертый стоит, как восковая фигура в музее и раскрыв рот, смотрит, как голова его покойного приятеля доедает другого, пока еще живого. Безумная картина, сеньор Босх бы прослезился от радости и уселся бы на травку с мольбертом.

О, да тут и еще одно интересное действо намечается! Девица, о которой я временно и запамятовал, вовсе не собиралась лежать в обмороке, как это сделали бы многие мои знакомые светские дамы. Напротив, увидев, что один из ее обидчиков стоит себе ошалевший от избытка эмоций и впечатлений, подкрадывается к нему сзади, держа в руках здоровый такой сук, и не обращая на меня ровным счетом никакого внимания. Нет, я не против, как эстет и искренний ценитель женской красоты, я залюбовался подобной картиной. Луна, ночь, кладбище и прекрасная женщина. Почти обнаженная, фигура просто великолепная, гусарская суть так и требует познакомиться поближе…

Хрясь! Очарование момента нарушил звук удара, когда немного подгнившая деревяшка вошла в очень тесное соприкосновение с головой незадачливого насильника. Сук переломился пополам, голова же была немного покрепче и не развалилась. Зато сознание из ее обладателя вышибло всерьез и надолго. Девица же, пребывая в праведном гневе, принялась пинать его ногами, часто поминая наряду с известными мне ругательствами и некие иные выражения. Почему-то среди них упоминалась птица петух из какой-то камеры и еще песец, который обязательно и непременно сейчас должен прийти за этим подобием человека. Не понимаю…

А, разобраться можно и несколько позже, не буду мешать красавице воздавать разбойничку сторицей. Убьет — судьба его такая. Не добьет — самому придется довершить начатое ей. Так, а эти трое мне совсем надоели. Бегают, суетятся, лови их еще… Легче малость умерить пыл, послав волну страха, от которой ноги подкосятся. Сказано — сделано. Посыпались на землю, словно яблоки с ветки.

Кстати о яблоках! Надо бы еще малость живительной влаги потребить — не столько удовольствия ради, сколько необходимости для. Тело в порядке, все замечательно, но чего-то все-таки не хватает. Попробуем на вкус еще одного разбойничка… Ф-фу, кровь какая-то противная. И чего он потреблять при жизни изволил, что оно и в кровь попало? Вроде водкой от него не пахнет, а впечатление похожее. Ну да ладно, не отравлюсь. И, наконец, последние двое. Десертом будете?

Резкий, очень специфический запах ударил в нос. Какая гадость! С одним из претендентов на роль десерта случился приступ «медвежьей болезни», который естественно, напрочь отбил аппетит. Такое существо и убивать противно, хотя и надо. Стоп, ну а зачем убивать-то? Можно и поизящнее поступить. Например, чуток изменить разум, погасив его, и создав у жертвы впечатление, что он… лошадь. Пусть с ним в доме для скорбных головой теперь разбираются, да и с другим тоже.

Хорошо, рысью пошли, вот только цокота копыт не слышно… Подковать их что ли? Впрочем, пусть их доктора подковывают, овсом кормят, ну или просто в смирительные рубашки пеленают и холодной водой окатывают.