Но на этом нынешняя панорама мондиалистов в российской политике не заканчивается. Среди участников майской (14-17мая) встречи “Бильдербергского клуба” в 1998 году в Тернбэри (Шотландия) мы встречаем Анатолия Борисовича Чубайса. (Кстати, почетный председатель на этой встрече — тот же самый Джовани Аньелли). Факт своей принадлежности к Бильдербергской группе Чубайс публично признал в интервью программе “Итоги” 28 марта сего года. Так оказывается, что человек, отвечающий сегодня за Единую Энергетическую Систему России, принадлежит к тайной международной организации, заинтересованной исключительно в реализации планов мирового господства узкой группой теневой олигархической элиты Запада.

Здесь необходимо пояснить один момент: тот факт, что политик является сторонником “демократии” или “коммунизма”, “социалистического пути” или “рыночного” еще не может служить основанием для его причисления к мондиалистам. Люди могут ошибаться, и ошибаться, желая Родине и народу лишь блага. Пока достоверно не установлен факт прямых контактов со зловещими мондиалистскими центрами, лоббирования антинациональных интересов, подрывной деятельности в пользу нелигитимных элит иностранных держав, окончательное решение выносить рано. Но когда — как в случае Гвишиани, Березовского, Гайдара, Явлинского, Шахназарова и Чубайса — это очевидно и документально зафиксировано, вывод напрашивается однозначный. Подобным фигурам не место на политическом Олимпе суверенного российского Государства.

Сегодня многие говорят о политическом центризме, о национальном согласии. Под этой идеей есть серьезное основание. Но баланс в данном случае должен достигаться между национальными политическими силами, по-разному видящими наилучшее будущее России — между сторонниками социалистического и капиталистического пути. При этом позиции политиков и движений, уличенных в связях с мондиалистскими структурами, вообще не должны приниматься в расчет. Центризм возможен между разными флангами людей, солидарными хотя бы в том, что служат своей стране. Мнение агентов влияния посторонних геополитических сил, пятой колонны, мондиалистских диверсантов не может и не должно учитываться. Разве бывает центризм, основанный на компромиссе между верностью и предательством?

Мы снова, как и 8 лет назад, стоим перед решающим выбором. Мы многое пережили и многое поняли за это время. Самое страшное: как много мы потеряли, как много упустили, как много предали. Но сейчас еще важнее не повторить эту ошибку, не поддаться на давление мондиалистских организаций, их агентуры влияния, на давление финансовых и военных кругов нашего извечного врага, стремящегося осуществить в планетарном масштабе свою адскую антиутопию — наглядными иллюстрациями которой являются трупы невинных детей, женщин, стариков, юношей и девушек братского балканского славянского народа.

Эта война — дело рук мондиалистов, архитекторов “нового мирового порядка”. Поддержать или даже послушать российских ставленников этой теневой планетарной олигархии, уже означает соучастие в кровавом преступлении.

Опять мы обязаны выбрать. Опять мы обязаны решить.

Неужели снова грозное предупреждение останется незамеченным, хотя трезвость и объективность, беспристрастность, в конце концов, нашего анализа, очевидна любому непредвзятому человеку?

Угроза мондиализма нависла над нами режущим томагавком войны. В такой ситуации пощадить предателя и диверсанта означает подписать самим себе смертный приговор.

Роль США, последней оставшейся в мире сверхдержавы, сегодня является центральной в глобальной геополитике. Начиная с конца XIX века периферийный, маргинальный континент, представлявший ранее лишь провинцию Европы, вторичную и как бы дополнительную по отношению к Старому свету, становится все более и более самостоятельной политической и культурной величиной, а после Второй мировой войны США выступают как парадигматическая универсальная модель и для самих стран Европы и даже Азии. Значение Америки неуклонно растет и совокупность идейного, культурного, психологического и даже философского комплекса, связанного с Америкой, выходит за рамки чисто экономического или военного влияния. Проявляется все более зримо “Америка мифологическая”, “Америка как концепт”, “Америка как идея Америки”.

Если в мировом геополитическом сознании такая “идея Америки” смогла укорениться и войти как нечто “неосакральное”, то для этого должны иметься очень веские причины, сопряженные с коллективным бессознательным человечества, с той тайной континентальной географией, которая уходит в глубь тысячелетий, но память о которой продолжает жить в психических архетипах. Рассмотреть “мифологическую” подоплеку Америки как “внутреннего континента” — задача данной главы.

Гипотезы об открытии Америки Старым Светом задолго до плавания Христофора Колумба становятся сегодня все более и более популярными. Доказано, что скандинавские викинги посещали Северную Америку (Vinaland) на своих кораблях — рунические надписи находят повсюду на восточном побережье Канады, на Лабрадоре, на Нью-Фаундленде и т. д. Существуют достаточно аргументированные теории исследователя Жака де Майо относительно связи цивилизации инков с теми же самыми викингами. Есть и другие версии, утверждающие, что Европа всегда знала о существовании американского континента, и лишь по определенным причинам сакрального характера эта информация не распространялась повсеместно. Но наибольший интерес в этом отношении представляет собой загадочная история о карте Мухиддина Пири Рейса. Остановимся на ней подробнее.