Райкер обвёл взглядом зал и сразу же заметил ференги, Омага. То сидел за столом в обществе двух разодетых женщин и за обе щеки уплетал поставленные перед ним яства, запивая их чем-то, по виду напоминавшим шампанское.

Перехватив взгляд Райкера, Ворф поднялся и словно бы невзначай направился к нему. Оба смотрели на Омага, который как раз принялся колотить туфлей по столу.

– Где официант? – визгливо кричал он, и при этом изо рта у него вылетали кусочки еды. – Есть в этом жалком заведении хоть один официант?

Райкер и Ворф подошли к столу. Наклонившись к маленькому толстячку, Райкер серьёзно спросил:

– Что-нибудь не так?

– Да, – бросил Омаг. – Мне нужны салфетки. – Он отвернулся и отпил ещё шампанского.

– Утритесь рукавом, – спокойно сказал Райкер.

Это произвело ожидаемый эффект. Обернувшись, Омаг изумлённо вытаращился на него.

– Что Вы сказали? – ошарашено переспросил он; Райкер видел кусочки пищи, застрявшие у него между зубами.

Он вызывал у Райкера омерзение. Коммандер взглянул на одну из женщин, потягивающих напитки и делавших вид, что ничего не происходит.

– Или её рукавом. Мне всё равно.

Глаза у Омага сузились, как щёлки.

– Кто Вы такой? – резко спросил он.

– Коммандер Вильям Райкер с Ю.С.С. «Энтерпрайз».

– Мне что, встать и отсалютовать? – глянув на женщин, Омаг расхохотался. Те присоединились к нему.

– Мы расследуем исчезновение вулканского корабля…

– Вы обратились не к тому ференги. Я не торгую вулканскими кораблями.

– Нам известно, что Вы к этому причастны, – настаивал Райкер.

Прежде чем ответить, Омаг засунул в рот что-то длинное и жирное и прожевал.

– Кому нужен вулканский корабль? Вулканцы пацифисты. Я занимаюсь боевыми кораблями. – Изо рта у него потекла струйка жира, и он вытер ей ладонью. – Неужели никто не может дать мне салфетки? – снова закричал он, но никто из официантов так и не появился.

– Кому мог быть нужен вулканский корабль? – спросил Райкер, не позволяя ему уклониться от разговора.

– Рассуждая гипотетически? – спросил Омаг, глядя на Райкера с деланной серьёзностью.

– Рассуждая гипотетически.

– Я никогда не умел рассуждать гипотетически. – Откинув голову, Омаг снова расхохотался, брызгая едой на стол. Женщины также засмеялись, разделяя его веселье.

Райкер решил, что с него хватит. Он ухватил край стола и наклонил его так, что вся еда и напитки соскользнули прямо на ференги и его девиц. Их смех тут же прекратился. С криками испуга и ярости они вскочили на ноги, тщетно пытаясь отряхнуть испачканную, промокшую одежду.

Райкер услышал, что музыка прекратилась. Он двинулся на ошеломлённого ференги, забрызганного с ног до головы, и, схватив его за лацканы, оторвал от пола. Это было трудновато, но злость придала ему сил. Спиной он чувствовал, как стоящий позади Ворф зорко следит за каждым движением клиентов.

– Позвольте мне объяснить Вам, что произойдёт, если Вы не расскажете мне, что случилось с этим вулканским кораблём, – спокойным голосом произнёс он. – Ваше право прохождения через этот сектор будет аннулировано. Более того, я буду очень недоволен.

Ференги, чьи ноги беспомощно болтались в нескольких дюймах от пола, смотрел на него со страхом и ненавистью.

– Я доставил его баролианскому торговому судну, – задыхаясь, произнёс он.

– Координаты?

– Я не помню.

Райкер сильнее сжал его, и толстяк испуганно зашипел:

– Вы же мне шею сломаете…

– Координаты?

– Это в системе Галордон. Возле Нейтральной Зоны. Больше ничего не знаю. Клянусь. – Его лицо начало приобретать странный фиолетовый оттенок.

Райкер швырнул его назад на стул, прямо на пирожное, которое сплющилось и брызнуло кремом.

– Приятного аппетита, – любезно сказал Райкер. Обернувшись, он улыбнулся Амари, а затем, уже направляясь вместе с Ворфом к выходу, взял салфетку с соседнего столика и швырнул её Омагу. Салфетка упала на колени злосчастного ференги. Райкер с удовольствием заметил, что даже Ворф улыбнулся.

Амари с ужасом взирала на произведённый разгром. Оба офицера Звёздного Флота ушли, оставив влиятельного бизнесмена сидящим в гуще собственного ужина. Обе девицы исчезли – наверно, отправились привести себя в порядок, подумала она. Но более всего её расстроила мысль, что в этот вечер рассчитывать на щедрые чаевые от Омага не придётся. Его оскорбили, унизили, обляпали с ног до головы едой и питьём, и теперь ему, скорее всего, не терпится убраться отсюда; и непохоже, что при этом он будет швырять деньги направо и налево.