Сивак посмотрел вверх. Над ним стояли два эльфа, одетые точно так же, как и он сам.

— Эй, поосторожней, приятели. Я чувствительный эльф. Вы так можете поставить мне синяк, знаете ли. Давайте-ка полюбезней, — сказал Слит на общем, стараясь говорить и выглядеть как эльф. Он протянул руку: — Ну же, помогите встать. Кажется, вы мне вывихнули лодыжку.

Но эльфы продолжали стоять и смотреть.

— Глтбе беее тгдедд блаа? — спросил один из них на своем торопливом птичьем языке.

«Глупые самодовольные болтуны. Почему бы им не разговаривать на понятном языке, как все остальные в этом мире?» — Слит не имел ни малейшего представления, о чем говорит остроухий.

— О да-да, конечно, — ответил он, опять на общем. Эльф подозрительно оглядел «соплеменника» с ног до головы и, наконец, помог ему подняться.

Заняв вертикальное положение, Слит вонзил кинжал в живот врага, сдвинув клинок вверх ему под ребра. Хлынула кровь, и второй эльф в ужасе вытаращил глаза.

Почти сразу же Слит принял облик умирающего и повернулся ко второму, пока еще живому.

Бросив лук, эльф потянулся к короткому мечу. Слит заехал кулаком в его физиономию, одновременно возвращая себе облик драконида. Над изумлением, проступившим на лице эльфа, можно было посмеяться, что Слит и сделал, ударив того по голове, да так, что хрустнули шейные позвонки, и швырнув безжизненное тело на траву.

После этого он опять видоизменился, на этот раз превратившись во второго эльфа, который оказался женщиной. У Слита поднялось настроение. Дела шли весьма хорошо. Если так будет продолжаться и дальше, то к заходу солнца все эльфы в этом лесу будут мертвы.

Внезапно его осенило: сивак решил в таком виде переплыть реку и очистить дальний берег от врага!

«Блестяще! — подумал он. — Самое подходящее место, чтобы вновь возглавить оборону… когда я закончу. Великолепно!»

Заход солнца в тот вечер был самым зловещим и прекрасным зрелищем из когда-либо виденных Кэном — небо на горизонте приобрело удивительный кровавый цвет. Все дракониды оставили свой непосильный труд и наслаждались видом — закат предвещал грядущую битву.

Но как раз тогда, когда бригадир почувствовал себя по-настоящему хорошо, он увидел, как что-то летит над горизонтом. Оно было слишком далеко, чтобы разглядеть четче, но по ужасному волнению крови — волнению, от которого поколебалась его сила воли и сжались внутренности, — драконид понял, что это было. Серебряный дракон!

Дракониды появились из яиц серебряных, золотых и других драконов, которые служили скучному Богу добра и справедливости Паладайну. Черная магия и темные молитвы изменили яйца драконов, после чего из них вышли не слабые детеныши, а сильные, могучие бойцы, такие как Кэн.

Драконид ненавидел и боялся серебряных драконов и знал, что это чувство взаимно.

Он прервал испуганное молчание, проревев приказ:

— Командиры отрядов, ко мне на доклад через пятнадцать минут!

Работа продолжалась. Река в этом месте была шире ста футов. Могли возникнуть сложности с тем, как переправить на другой берег разведгруппу. Баазам перелететь такое расстояние было не под силу, а переплыть ее мешало быстрое бурное течение — Кэну не хотелось, чтобы половину его подчиненных снесло вниз по реке далеко от мест дислокации армии.

Командиры отрядов прибывали в командирскую палатку один за другим, раньше, чем истек пятнадцатиминутный срок. Они делали отметки на своих картах, сличая их с главной картой, которую Кэн прибил к толстому стволу, внося необходимые изменения. Это было обычной практикой в армии драконов — являться для получения приказов заранее, делать отметки на своей карте, хватать кружку еще дымящейся жидкой каши и ждать, пока объявят начало собрания.

Командиры отрядов беседовали между собой, обсуждая успехи и разрабатывая детали. Кэн прочистил горло. Все поднялись на ноги, когда бригадир занял свое место перед палаткой. Обычно собравшихся к вниманию призывал Слит-помощник, но он еще не вернулся.

— Вольно. Буду краток. Я посетил все отряды и доволен достигнутыми успехами. Я хочу, чтобы все части моста были собраны здесь, на этом открытом месте, к двум часам после полуночи. Разведгруппа пересечет реку в полночь. Комос, как ты думаешь, каким способом лучше это сделать?

Комос на мгновение задумался, потом заговорил:

— Командир, предлагаю выстрелить через реку из баллисты, прицепив к камню тонкую веревку. Если она закрепится на том берегу, мы поплывем, держась за нее. Если нет — поплывем с надеждой на удачу.

— Хорошо. Мне это нравится. Выпустите заряд за двадцать минут до начала вылазки. После этого позовите меня. А сейчас я собираюсь отдыхать и запоминать заклинания. Имейте это в виду. И да падет гнев Владычицы на того, кто опоздает.

Палатка опустела, Кэн остался один. При свете единственного факела он вытащил из поясной сумки потертый кожаный ремень и принялся ритмично заворачивать и разворачивать его в руке. Он погрузился в транс, бормоча древние слова, обращаясь к Владычице Тьмы с просьбой благословить его и даровать заклинания.