— Я бы на их месте попробовал спустить на воду легкие лодки и уйти в дым, — сказал Верцонгер, до сих пор молча наблюдавший за происходящим.

— А дальше? — спросил Йона.

— А дальше — под прикрытием дыма высадиться на берег.

— А потом?

— А потом видно будет. На мой вкус, все лучше, чем ждать, пока тебя зажарят.

— Ну, чтоб так рассуждать, надо родиться с мечом в руке.

— Кто бы как не родился, все равно когда-нибудь помрет, — невозмутимо заметил вождь варваров, — а помирать уж точно правильнее с мечом в руке.

— А вот мой дед помер в своей постели, а провожали его одиннадцать детей и никак не меньше, чем сорок внуков, — с вызовом в голосе возразила Ога, — скажешь, неправильно помер?

— Так ведь тогда, наверное, мир был?

— Ну, был, — согласилась она, а что?

— Да ничего. Просто я никогда не видел, как это бывает, чтобы мир.

Тем временем, машины перезарядили и Румата последовательно скомандовал залп первой и второй.

На этот раз оба выстрела попали в цель. Один корабль запылал, как обычно, от борта, второму же снаряд попал в середину мачты и текучий огонь, быстро распространяясь по верхней палубе, охватил весь корпус.

Только теперь в остатках флота наметилось некоторое движение. Три корабля медленно двинулись вперед. Восемь остались на месте, но на их палубах началось бурное движение.

— Недурно задумано, — сказал дон Пина, — если мы подожжем корабли недалеко от причалов, с остальных под прикрытием дыма можно попытаться высадить десант на шлюпках.

— Значит, мы не будем поджигать эти корабли, — равнодушно отозвался Румата, — передайте расчетам катапульт приказ: с дистанции тысяча футов начинать обстрел.

И, видя, что машины уже перезаряжены, Румата снова скомандовал залп… Да, пристрелялись его канониры. Два корабля, накрытые прямыми попаданиями вспыхнули целиком — от мачт до нижней палубы.

На пристани появляются новые действующие лица: Кира и двое полковников.

— Продолжайте обстрел, постарайтесь закончить дело побыстрее, чтобы они не успели высадиться куда-нибудь на шлюпках, — Румата передает Йоне рупор, и разворачивается к вновь прибывшим, — какие новости?

— К горловине вышло двадцать семь кораблей, — говорит Кира, — но прорываться не стали и попытались пройти вдоль берега. Двадцать шесть уничтожено. Один — ушел к середине бухты и мы его потеряли. По-моему, это был флагман.

— Плохо… дон Кси, обеспечьте усиление наблюдательных постов. Мы должны обнаружить этот корабль до наступления темноты.

— Считайте, что он уже обнаружен, — беспечно отвечает дон Кси и направляется к своим разведчикам, стоящим чуть поодаль.

В этот момент три выдвинувшихся вперед корабля пересекли установленную Руматой роковую отметку в 1000 футов.

Страшен был удар четырех больших катапульт. Град дробленых камней обрушился на палубы, круша человеческие тела, срывая крепления и проламывая толстые доски. Два корабля потеряли управление, а один начал ощутимо крениться на борт — видимо от удара разошлись стыки ниже ватерлинии и в трюм стала поступать вода.

Почти сразу же по команде Йоны заработали плавучие метательные машины. Теперь, пристрелявшись, они бросали по одному снаряду с короткими паузами. Промахов практически не было. Вскоре все корабли, оставшиеся на дальнем рубеже, горели и ветер постепенно сносил их в сторону скалистого берега.

Тем не менее, девять шлюпок все-таки оказались спущены на воду. Они выдвинулись на пару сотен футов, когда второй залп катапульт добил три уже изуродованных корабля. Теперь эти шлюпки принимали барахтающихся в воде людей.

«Интересно, что они собираются делать дальше? — подумал Румата, — сдаваться? Высаживаться на другом берегу? Или попробуют вырваться в открытое море?»

Ответа на этот вопрос так никто и не узнал. Педантичный и исполнительный Йона, которому дано было четкое указание не допустить высадки противника на шлюпках, уже успел перенацелить метательные машины… Румата отвернулся. Он не хотел видеть того, что будет дальше. На пристани очень кстати появился Арата и стал докладывать о результатах прочесывания берега. Доклад был скучным и однообразным. Атаман перечислял точки, где были обнаружены маленькие группы добравшихся до берега солдат противника. Каждый эпизод заканчивался словами: «уничтожены лучниками, с нашей стороны потерь нет».

Оставалось лишь одобрительно кивать, на подобие китайского болванчика. Когда он закончил рассказ, Румата поинтересовался:

— А вы не видели случаем корабль? Скорее всего, флагманский. Он единственный уцелел и сейчас дрейфует где-то в акватории бухты.

— Я его и сейчас вижу, — невозмутимо ответил Арата.

… Из завесы густого дыма появляется изуродованный огнем флагман. Мачты нет — на ее месте торчит короткий обрубок. Правый борт в двух местах обуглен от ватерлинии до верхней палубы. Ход неровный — две трети весел отсутствует.