Немногим было известно, что фамилия Эф. Ви. была д'Арк. К числу этих немногих относилась и Рози, поскольку он был родом из Боссьер-сити, штат Луизиана, что совсем рядом с ее родным Шривпортом. Иногда, когда ей надоедала работа, Рози проводила прекрасное утро в гараже генерала Скотта, помогая Эф. Ви. ковыряться с «пакардом», который был настолько дряхл и в целом ненадежен, что, как правило, ломался во время трехмильной утренней прогулки. Рози служила Эф. Ви. большим утешением, во-первых, они любили вспоминать добрые старые дни в Боссьер-сити и Шривпорте, во-вторых, она разбиралась в пакардовских двигателях не хуже его. Эф. Ви. был маленький и тщедушный, усы карандашиком и обладал природной меланхолией. Его старинные соседские связи с Рози могли бы перерасти в нечто более серьезное, не будь оба уверены, что, если между ними, – как выражался Эф. Ви., – «что-нибудь случится», тут же ворвется Ройс Данлап с автоматом и их уложит.

– Да, как они уложили Бонни и Клайда, – радостно подтверждала Рози, всякий раз, как их разговор соскальзывал в это русло.

Однако генерал Скотт отлично знал, что Рози отлично знала, что он на ногах с пяти утра, так что ее вопрос он расценил на грани между дерзостью и оскорблением. В обычной ситуации он ни от кого не потерпел бы ни того, ни другого, но, к несчастью, все, что касалось Авроры Гринуэй и ее домашних, если их можно назвать домашними, кажется, всегда нарушало обычные ситуации. Перед лицом чрезвычайных и неприятных обстоятельств он, как всегда, постарался быть сдержанным, но твердым.

– Рози, мы не будем задаваться вопросом, почему я бодрствую, – сказал он. – Не могла бы ты сразу дать миссис Гринуэй?

– Пожалуй, не могла бы, – ответила Рози, бросая взгляд на хозяйку. Та, сидя среди россыпи счетов, имела бодрое, но несколько отрешенное выражение лица.

– Почему? – спросил Генерал.

– Не знаю. Мне кажется, она пока не решила, с кем сегодня будет разговаривать. Подождите, пойду у неё спрошу.

– Я не хочу и не буду ждать, – возразил Генерал. – Это детский лепет. Скажи ей, что я хочу с ней говорить немедленно. Телефон уже позвонил тридцать пять раз. Я сам очень пунктуальный человек и сорок три года прожил с пунктуальной женщиной. Я не люблю таких проволочек.

Отодвинув трубку подальше от уха, Рози широко улыбнулась Авроре.

– Он говорит, что не будет ждать, – громко сказала она. – Он говорит, что это детский лепет, и его жена сорок три года не заставляла его ждать. Она всюду успевала сорок три года.

– Какая дикая мысль, – отозвалась Аврора, лениво отмахиваясь. – Мне кажется, что я никогда не маршировала под чей-нибудь барабан, и я слишком стара, чтобы начинать сейчас. Кроме того, я замечала, что только недалекие люди позволяют часами себя поработить. Так и скажи Генералу.

– Она говорит, скажи им, что я не буду маршировать под ихние барабаны и работать под ихние часы, – передала Рози Генералу. – И она думает, что вы недалекий. Мне кажется, можете уже вешать трубку, если хотите.

– Я не хочу вешать трубку, – сказал Генерал, скрежеща зубами. – Я хочу говорить с Авророй, и хочу говорить именно сейчас.

Попытки пробиться к Авроре всегда вызывали у него на той или иной стадии зубовный скрежет. В этой ситуации могло порадовать лишь то, что зубы, по крайней мере, до сих пор были собственные, он еще не дожил до скрежетания протезами.

– Где она? – настаивал он, все скрежеща.

– Да тута, – радостно сообщила Рози. – С одной стороны она далеко, а с другой стороны – близко, – добавила она, снова взглянув на хозяйку.

– Ах, вот как. В таком случае я хотел бы знать, почему надо было ждать, пока телефон прозвонит тридцать пять раз. Этого бы не случилось, Рози, если бы у меня все еще были мои танки. Некий известный мне дом сровнялся бы с землей задолго до тридцать пятого звонка, если бы у меня были мои танки. Тогда мы бы и посмотрели, с кем можно шутить, а с кем – нет.

Рози отняла трубку от уха.

– Опять завел про свои танки. Вы бы уж с ним поговорили, что ли.

– Алло, алло! – громко сказал Генерал в замолчавшую трубку. Находясь на пике своей карьеры, он командовал танковой дивизией и попытки пробиться к Авроре всегда наводили его на мысль о танках. Те даже начали ему сниться – впервые со времен войны. Всего несколько ночей назад он видел очень хороший сон, как едет, стоя на башне своего танка по Ривер Оукс проспекту. Из клуба, расположенного в конце проспекта, высыпали все посетители, и, выстроившись в ряд, с уважением глазели на него. Он – единственный генерал с четырьмя звездами на погонах, и в клубе на него смотрели с уважением, даже когда он был не на танке. Тем не менее, сон был приятный. Танки были задействованы во многих генеральских снах, кончавшихся в основном тем, что они, пробив стену дома Авроры, въезжали к ней в гостиную, а иногда на кухню. В некоторых сновидениях он в нерешительности проезжал в танке перед ее домом, пытаясь освоить какой-нибудь прием, позволяющий подняться из танка по лестнице в ее спальню, где она, казалось, находилась все время. Чтобы подняться к ней в спальню, требовался летающий танк, а каждый, кто разбирается в генералах, знал, что генерал Скотт был реалист. Летающих танков не бывает, и даже во сне подсознание не могло предоставить такое средство Генералу. В результате, разговаривая с Авророй или ее горничной, он часто испытывал желание разбить телефон о свою коленку.

Он как раз уже подходил к этому состоянию, когда Аврора протянула руку и взяла трубку.

– Я, пожалуй, с ним поговорю, – сказала она. – Нет оснований особенно спешить с оплатой счетов.

Рози отдала ей трубку с некоторой неохотой.

– Хорошо, что когда его выгоняли из армии, у него отобрали танки, – заметила она. – А вдруг достанет где-нибудь танк, да и попрет на нас?

Аврора не обратила внимания на это замечание.

– А, Гектор, как всегда, – начала она, – ты довольно сильно напугал Рози своими разговорами о танках. Мне кажется, в твоем возрасте пора знать, что вызывает у людей страх, а что нет. Не удивлюсь, если она сообщит, что увольняется. Никто не будет работать в доме, который с минуты на минуту может подвергнуться танковой атаке. Мне кажется, тебе надо это осознать. Уверена, что Эф. Ви. не понравится мысль, что я могу в любой момент задавить его.