— Ваша милость… — с трудом проговорила фрейлина, и Махарт поняла: фрейлина, должно быть, испугалась, что каким-то образом оскорбила свою госпожу.

— Ничего, Фамина, — Махарт изобразила зевок. — Здесь слишком душно и не хватает воздуха. Не прогуляться ли нам в саду?

Сад, с отчаяньем подумала она: полоска земли между двумя угрюмыми стенами, чахлые розовые кусты, за которыми с неусыпной тревогой всю свою долгую жизнь ухаживал старый садовник… Разве это может сравниться с широким полем, усыпанным бесчисленными цветами из ее сна?

— Конечно, ваша милость. — Обе девицы уже были на ногах, ожидая Махарт, чтобы последовать за ней в двух шагах позади, как предписывал этикет. Таким образом, случайно оброненные слова обрекли ее на прогулку, которой она вовсе не хотела.

Меряя шагами тесный дворик, она смотрела на окружавшие ее стены с новым интересом. Да, она видела сны — и с нетерпением ожидала наступления ночи, приносившей их. Но когда прошлой ночью она внезапно проснулась, разбуженная странными звуками, это не было сном!

Замок, как ей казалось, она знала с самого раннего детства, и для нее это был просто кров над головой — далеко не всегда уютный. Разумеется, его стены очень массивны; достаточно массивны, чтобы скрыть… что? Внезапная дрожь заставила Махарт поплотнее закутаться в шаль. Она читала легенды и предания — не об этом замке, конечно, о других, — но там стены пронизывали тайные ходы…

Вся ее прежняя жизнь была связана только с одной башней, и, возможно, поэтому она никогда не задумывалась о том, что стены, окружавшие ее, скрывают какую-то тайну. Однако она помнила звуки, раздавшиеся за резными панелями ее спальни среди ночи; помнила так отчетливо, словно слышала их всего несколько мгновений назад. Они были достаточно громкими, чтобы разбудить девушку и заставить ее подняться с постели. Вооружившись лампой, Махарт принялась изучать стены, но звуки затихли так быстро, что ей не удалось установить их источник.

Сейчас, стоя посреди жалкого садика, она медленно повернулась — но не для того, чтобы посмотреть на несколько сморщенных бутонов. Черная Башня! Долгие годы ее никто не посещал, так что, казалось, люди и вовсе забыли о ней.

Духи?.. Махарт покачала головой в ответ собственным мыслям. Фрейлины давно не пересказывали ей никаких новых историй о призраках. Больше всего девушке хотелось изучить ту самую подозрительную стенную панель при самом ярком свете. Отчего бы не раздвинуть тяжелые шторы на всех окнах и поставить возле стены еще несколько ламп? Но это непременно вызвало бы лишние вопросы — а ответов на эти вопросы у нее не было.

Она, задумавшись, смотрела на Черную Башню, когда по тропинке к ней торопливо подошла Зута; Фамина и Джеверир, скорчив недовольные гримасы, подобрали юбки. Да, в свите Махарт отнюдь не процветали дружба и согласие.

— Ваша милость… — на мгновение Зуте пришлось умолкнуть, чтобы выровнять дыхание, — герольд его светлости только что отбыл с приглашением. Говорят, что принц Лориэн может прибыть сюда в ближайшие дни!

Что ж, давно Кроненгреду не приходилось принимать героя-победителя, который мог бы сравниться с Лориэном: внушительный список побед, знатный род, внешность, вероятно, вполне соответствующая рассказам, — словом, все то, что только можно приписать принцу из сказки. Махарт также помнила разговор с отцом об этом событии, во время которого герцог все время хмурился, словно что-то беспокоило или раздражало его.

Она, Махарт, должна была приложить все усилия и понравиться этому чужестранцу — чтобы, в конечном итоге, он женился на ней и мог послужить целям ее отца. Но девушка не имела ни малейшего представления о том, как это осуществить, — зато прекрасно понимала, что, если потерпит неудачу, жизнь ее станет далеко не такой приятной, каковой она является сейчас.

— Ваша милость, — Зута подошла совсем близко, словно опасалась чужих ушей — а может, чтобы подслушать мысли своей госпожи и подруги? — есть способы…

— Чары? — суховато уточнила Махарт.

— Нет, составы Халвайс, ваша милость. На балу в честь победы вы должны будете поднести принцу Звездный венец… это правда?

Слухи распространяются со скоростью молнии; впрочем, Махарт никогда не сомневалась в этом.

— Да.

— Тогда, ваша милость, пошлите за госпожой Травницей. Она знает способ, как извлечь из цветов и всего, что растет на земле, средства, которые могут помочь женщине. Вы еще слишком юная, чтобы разбираться в таких вещах, а я вот видела дам, чья молодость давно миновала, — и все же они превращались в красивых девушек при помощи кремов, мазей и лживых слов; однако есть и другие пути заставить мужчину заметить женщину и увлечься ею.

Махарт тоже знала это. Она любила ароматы ради них самих, любила их за те ощущения, которые они пробуждали в ней, за возможность видеть чудесные сны. Однако никогда прежде девушка не использовала ароматы как средство обольщения. Возможно, настало время, когда ей придется прибегнуть к этому средству…

— Можешь ты ее вызвать сюда? — спросила она. — Я слышала, что госпожа Травница не покидает своей лавки, за исключением тех случаев, когда ее вызывают к тяжелобольному. Разумеется, составление нового аромата к подобным случаям не относится. Я видела Халвайс в Обители; она производит впечатление знатной дамы, и с ней нельзя обходиться как со служанкой.