Плоды вдохновения
вернуться

Иванов Александр Александрович
Шрифт:

Кто куда

(Кирилл Ковальджи)

Человек отыскивает извлечение,

преграждая шальные потоки.

Но куда же девается все излучение,

эманация, биотоки?

Кирилл Ковальджи
Мужчины оставили развлечения,перешли с коньяка на соки.Они отыскивают извлечения,эманацию, биотоки.Врачи освоили трансплантацию,что, вообще говоря, прекрасно.Женщины ударились в эмансипацию,где «она», а где «он» – неясно.Все поумнели, все мечутся,все сами себе члены-корреспонденты.Обрушились на голову человечестваинформации шальные ингредиенты.И лишь писатель, словами живописуя,выглядит как белая ворона.А меня, поэта, главное интересует:кто же остался у синхрофазотрона?

Очищение

(Глеб Горбовский)

Иногда я курю.

Невесомый дымок

Улетает в окно,

Как частица меня.

Иногда я бросаю на землю плевок,

Предварительно голову набок склоня.

Глеб Горбовский
Я сморкаюсь. Но как?Для начала курю,Провожая глазамиДымок голубой;И, зажав указательным пальцем ноздрю,Прочищаю другую воздушной струей.После этого сноваКурю и смотрю,Как причудливо дыма струя поплыла.А затем, зажимая вторую ноздрю,Прочищаю я ту, что зажата была.Лишь потом,Доставая платок носовой,Чтобы вытереть потС многодумного лба,Понимаю всем сердцем и всей головой,Что сморкнешься не так – и насмарку судьба!

Око за око

(Спартак Куликов)

Твои губы открыли мне

таинство

зачатья небес

и подземных вод…

……………………

Твое девичье лицо

кострами ереси

сторожит сумрак скитаний

и крыш.

И т. д. и т. п.

Спартак Куликов

Читатель обратит внимание

и на своеобразие поэтической

манеры автора.

Из аннотации к книге С. Куликова «Око»
Я проник разумомв запредельность,пеплом созвездийпосыпантемени шар.И только тебя,твоюбезраздельностьпонимать отказывается душа.Ересь глаз,таинство истуканьей веры,лунное зеркалозмеевидных волос,плазма плеч,адские полусферы,черта раздела,заклание и – хаос!..Зрачком рассудка разъятьи вытрястирадиус взораи саркофаги ног…Я хотел придуматьпозаковыристей,но позаковыристеене смог.Бденье крылмартобря тридцать второго,Зодиак одичания иночлег.Лишь однобьется тайною Козерога:ты –Красная Шапочкаили Хина Члек?

Противопожарная оборона

(Владимир Котов)

Но нам ли нужен

нервный тик

от мысли от одной – от страха?

……………………………………

Нет!

Надо голову иметь –

не только пятки!

Владимир Котов
Огонь – опасен!Шутников,с огнем играющих упрямо,хочу ябез обиняковпредупредитьне вкось, а прямо!Сограждане!С огнем игра –душе трибунакак каверна!Скажу о томне очень гра-мотно,но верно!Не ползайглупым червяком,будь бодр всегда ты!Запомни:шутки с огонькомчрева-а-ты!Смелее, друг,слова рифмуй,не хнычь,не хмурься!Сперва квартирузастрахуй,потом балуйся!В грязь не ударь,смотри,лицом,не будьвороной!Скореестановись бойцомпротивопожарной обороны!Я убежден:кто не со мной –с врагамивместе!Я знаю:за моей спинойвсегда брандмейстер!!!

К портрету Г.

(Татьяна Глушкова)

По мотивам книги стихов «Белая улица»

…Ты хочешь поэтессой стать? Так стань!Куда как легче! Проще нет занятья,ты изучи, что создали собратья,усердно наклонив над книгой стан.У одного возьми размер и ритм,а у другой – стиха закаменелость,у третьего возьми метафор смелость,а у четвертой – необычность рифм.Возьми лучину, канделябр, свечу,добавь сердечных мук, усталость, горечь,истории (одобрит Пал Григорьич!),Пегаса, кваса, Спаса и парчу.Смешай все это, не сочти за труд,пиши смелей, учтя мои советы.Не так уж он и сложен, путь в поэты…Сдавай в печать. Не бойся! Издадут!

Вчерашний день

(Евгений Храмов)

Золотились луковицы храмов,Вышел я, Евгений Львович Храмов,И собою солнца диск затмил.Я царю сказал: «Посторонитесь…»Все вокруг шептались: «Что за витязь?Как красив он, смел, умен и мил!»Кубок опрокинув без закуски,Говорил я только по-французски,В золотой затянут был мундир.Треуголку снял НаполеошкаИ сказал, грассируя немножко:«Ша, французы, это – командир!»Я в салоне сел к роялю «Беккер»,Несравненный Вилли Кюхельбекер,Рдея от смущенья, подошел.Говорить хотел, но не решался,А потом и вообще смешался,Высморкался, хмыкнул и ушел……В этом месте разлепил я веки,Жаль, что я живу в двадцатом векеИ былого не вернуть, хоть плачь…Ничего со мною не случилось,Это мне с похмелья все приснилось,Я очкарик, рохля и трепач.

Двоечница

(Феликс Чуев)

Куплю рубаху, брюки темно-синие,

пройдусь по половицам, как по льду,

и двоечницу, самую красивую,

на зависть всей площадке, уведу.

Феликс Чуев
На танцплощадке розовые личикитанцуют на зашарканном полу.Отличниц приглашают лишь отличники,а двоечница мается в углу.Глядит девчонка на меня, на Чуева!Мурашки побежали по спине.И двоечница тотчас же почуялародное что-то, близкое во мне.Мы с ней потанцевали. Слово за слово,я ей всучить пытаюсь свой портрети убеждаю двоечницу ласково,что в этом ничего плохого нет.Она вдруг слезы принялась размазывать,они ручьями брызнули из глаз.Тогда я начинаю ей рассказывать,что я не кто-нибудь, а красный ас!И вроде шансы сразу же повысились,вот мы уже заходим к ней во двор…И я шагаю, как генералиссимуси мну в руках «Герцеговину Флор».