Перед кошками по улице в обе стороны ехали автомобили и автобусы, спешили пешеходы. За низкими зданиями вдали виднелись две огромные квадратные башни с острыми крышами; между ними высоко в воздухе висел мост, похожий на акробатическую трапецию. Что-то в открывшемся виде было странное…

— Машины едут не по той стороне, — неожиданно сказал Арху.

— Именно, — согласилась Рхиоу. — На планете есть места, где ездят не так, как эххифы в Нью-Йорке.

— Никто на планете не ездит так, как эххифы в Нью-Йорке, — проворчал Урруах.

Рхиоу распушила усы, улыбнувшись.

— С этим не поспоришь.

Люди сновали по тому месту, где находились бы ворота, будь они открыты.

— Надо же, — растерянно пробормотал Арху, — все время попадаются города.

— Что ж ты не познакомил его с теорией? — мысленно добродушно упрекнула Урруаха Рхиоу, а вслух сказала:

— Понимаешь, Арху, если поместить много представителей любого вида на ограниченную площадь, ткань мироздания начинает прогибаться под давлением умов, сосредоточенных на достижении своих целей. Если число существ превысит определенный порог, в этом месте начнут случаться странные вещи, поскольку пространственно-временной континуум приобретет необычные свойства. О таких местах начинают говорить, что там все возможно и все достижимо. После перехода порога ворота между мирами начинают возникать спонтанно.

Меньшие поселения тоже могут вызывать появление ворот, если существуют достаточно долго, — продолжала Рхиоу. — Эффект оказывается кумулятивным: есть такие города эххифов, которые были основаны тысячи лет назад, и хотя их население никогда особенно большим не было, ворота там есть.

— Вроде Чатал-Хююка или Ура, [4]– сказал Урруах. — Эти древние ворота могут оказаться капризными, страдающими идиосинкразией… за тысячи лет у них накапливаются странные воспоминания, не всегда добрые. С новыми воротами, возникшими в местах скопления населения, работать гораздо безопаснее.

— А что за пороговое число, о котором ты говорила? — спросил Арху, не отрывая взгляда от ворот.

— Константой оно не является, — ответила Рхиоу, — меняется в зависимости от вида разумных существ. Для эххифов оно составляет порядка десяти миллионов, для Народа — восьмисот тысяч, плюс-минус хвост.

Арху недоверчиво взмахнул собственным хвостом.

— Где это ты наберешь столько кошек?

— Ну, например, прямо здесь, в Нью-Йорке, — сказала Рхиоу. — Все эти домашние любимцы, да и бездомные тоже… Миллион наберется на одном только Манхэттене. Так или иначе, нас достаточно, чтобы даже без учета эххифов получить ворота… а их тут тоже хватает. Из-за такого большого смешанного населения не приходится удивляться, что здешний комплекс — самый большой на планете.

— К тому же он имеет прямую связь с Нижней Стороной, — добавил Урруах. — Все ворота имеют с ней косвенную связь; насколько мы знаем, именно появление ворот на Нижней Стороне сделало возможным возникновение всех остальных.

Арху покачал головой.

— А это что за город?

— Лондон.

— Только не говори мне, что и его ты узнал по запаху из мясной лавки, — поддразнила его Рхиоу.

Урруах замахнулся на нее, но Рхиоу, улыбаясь, ловко увернулась: она порадовалась, что ей удалось задеть его толстокожее эго.

— Если хочешь знать, — сказал Урруах, — я узнал место. Вон там виден Тауэр-Бридж.

Рхиоу взглянула на мост между двумя башнями; его как раз начали разводить, чтобы по реке мог пройти корабль.

— Это тот мост, о котором у эххифов есть стихотворение? Он рухнул…

— То был другой, этот моложе. Поселение, в котором потом появились ворота, возникло здесь в начале прошлого тысячелетия, когда сюда добрались эххифы из той большой империи.

— Римляне.

— Верно.

— Значит, здешний комплекс не такой уж древний, — сказала Рхиоу.

— Угу. К тому же он с причудами. Давление населения на него росло не постоянно, а рывками, — город то процветал, то, когда его захватывали враги или случались эпидемии чумы или пожары, вымирал. Матрицы ворот формировались в трудных условиях. Однако комплекс Тауэр-Бридж очень хорош для дальних перемещений — даже лучше, чем наш, хотя никто не знает почему. Сгущение силовых линий, гравитационная аномалия под расположенным рядом с мостом холмом… кто знает? — Урруах махнул хвостом. — Оставим это теоретикам.

— Вроде тебя.

Урруах с важностью распушил усы, но взгляд его оставался ироничным.

— Что ж, все мы в настоящий момент немножко развлекаемся. Не то чтобы у нас был особый выбор…

— Тебе тоже ее не хватает, — тихо сказала Рхиоу. Урруах молча смотрел несколько мгновений на Арху, потом ответил:

— Она всегда так подробно обсуждала все эти мелкие детали… Я часто думаю: не предчувствовала ли она то, что должно случиться?

— Самое интересное, — задумчиво произнесла Рхиоу, — что ты все так хорошо помнишь.