– Склони голову, – прошептала Мэри, – они уже идут.

Джейн присела в поклоне, но не могла удержаться, чтобы не посмотреть. Королева – высокая, с прекрасно вылепленными классическими, но холодными чертами лица, красавица; больше всего ее украшали роскошные золотистые волосы.

А с ней… король. Джейн уставилась на величественную фигуру, господствующую над всем залом. Ее качнуло в сторону Мэри, но та была наготове и поддержала ее за руку. Зал, казалось, закружился вокруг Джейн, она смутно различала очертания лиц и ослепительные краски. «Этого не может быть, – повторяла она про себя. – Это всего лишь разительное сходство».

– Мэри, – пробормотала она, – я… я… Мэри поспешно приложила палец к ее губам.

– Тс-с-с! – предостерегла она.

Джейн еще раз посмотрела на короля, к которому были прикованы взгляды всех присутствующих. Его камзол был усыпан бриллиантами, на шее переливались рубины. Джейн в смущении повернулась к Мэри. Она заглянула ей в глаза и поняла: Мэри все знала. Джейн вспомнила, как он распоряжался Мэри в ее собственном доме: «Можешь идти». Она вспомнила льстивый смех Мэри. У Джейн закружилась голова от внезапного, пугающего прозрения.

Мгновение назад она чувствовала, что теряет сознание – теперь ее душил гнев. Он так жестоко обманул ее! Ей хотелось выбежать из дворца и спрятаться. Джейн почувствовала, что никогда не сможет избавиться от позора, покрывшего ее. Ее возлюбленный оказался печально известным повесой, которому было достаточно кивнуть головой, чтобы большинство женщин Лондона, Йорка или Лестера с готовностью бежали за ним. Как она презирала тех женщин… и вот теперь оказалось, что она одна из них. Король пришел к Джейн Шор в другом обличье, как приходил к десяткам других до нее; он только кивнул – и она с готовностью пошла ему навстречу.

Щеки ее пылали, она вспомнила их беседы. Что она говорила тогда о короле? Несомненно, этого было достаточно, чтобы отправить ее в тюрьму. Но Джейн была довольна. Она не откажется ни от единого слова. Сейчас она его так же люто ненавидела, как и неистово любила. Он был не только распутником, но и лжецом. И она – о Боже! – она позволила ему развлекаться с ней так же легко, как он делал это со многими другими!..

Джейн в негодовании повернулась к Мэри.

– Ты с самого начала знала обо всем! Ты лгала мне…

– Говори тише, Джейн. Люди смотрят на тебя.

– Я хочу домой, – сказала Джейн. – Я немедленно хочу уйти домой. Как по-твоему, смею ли я оставаться здесь, когда…

– Дорогая Джейн, будь благоразумной, сейчас нельзя уходить.

– Я должна – и я уйду! Я больше никогда не желаю его видеть.

– Нет ничего стыдного в том, что тебя любит король. Вряд ли найдется хоть одна женщина, которая не отдала бы все, что имеет, только бы поменяться с тобой местами.

– Это он велел тебе привести меня сегодня сюда? Мэри кивнула.

– Он велел, чтобы ты завлекла меня в свой дом?

– Он решил, что это будет надежным местом для свиданий.

– Что это за король, – вскричала Джейн с горечью, – который проводит время, строя планы, как бы соблазнить своих подданных!

– Тсс! Тсс! Ты привлекаешь к себе внимание.

– О, Мэри, я знаю, тебя не за что винить. Ты была бессильна. Он использовал тебя. Но как же я ненавижу его!..

– Ненавидеть короля – это измена. Ты должна молчать, Джейн.

– Я хочу домой!

– Подожди! Король начинает танцы. Никто не имеет права сейчас уходить. Нас могут заметить. К тому же… он идет сюда.

Это была правда. Люди расступались, когда он проходил мимо. Он шел, чтобы выбрать партнершу на первый танец… и шел к тому месту, где стояли Джейн и Мэри.

– Поклонись, – прошептала Мэри. Сама она присела в глубоком реверансе. Джейн склонила голову.

Он засмеялся легким, приятным смехом, так хорошо знакомым Джейн.

– Ну вот, Джейн, – сказал он, – иначе я никак не мог тебе сказать. Это должно было случиться.

Джейн была слишком обижена и смущена своим открытием, слишком унижена и несчастна от того, что узнала, чтобы испытывать перед ним должное благоговение. Она видела в нем не короля, а просто человека, обманувшего и предавшего ее. Джейн холодно посмотрела на него.

– Я намерена уйти, – сказала она.

– Нет, ты останешься. Я повелеваю тебе остаться.

Да, это тот самый человек, который любил ее в доме Мэри Блейг, но все же между тем человеком и этим была разница. В этом была неизвестная ей ранее надменность. И хотя глаза его смотрели ласково, вокруг рта застыли жесткие складки, даже когда он улыбался ей. Джейн немного смягчилось, когда он взял ее за руку: она поняла, что ей все равно, кто он – король или простолюдин, она любила его, и его присутствие наполняло ее невероятным счастьем, которого она никогда не испытывала вдали от него. Он заметил ее смущение и улыбнулся, уверенный в своей власти над ней.