Его глаза сощурились.

– Разве я не просил тебя не ввязываться в это дело? Она кивнула:

– Просил.

Она испытывала теперь досаду, но не из-за своего страха, а при мысли о том, что она заискивает перед ним, используя свое обаяние. Она увидела себя со стороны, в своих покоях, как она надевает самое красивое платье, расправляет локоны по обнаженным плечам. Ее глаза внезапно засверкали.

– Просил! – воскликнула она. – Но мне все равно!

– Тебе все равно?.. – Его голос стал угрожающе ледяным.

– Да. Потому что, что бы ты ни говорил, это неправильно – оставлять бедную девушку в одиночестве. Это неправильно… неправильно, говорю тебе! И мне все равно, что ты теперь сделаешь.

Он сказал:

– Ты игнорировала мой приказ. Суешь свой нос куда не следует. Ты слишком долго испытывала мое терпение. Ты вносишь свои женские сантименты в дела, которых не понимаешь. Ты глупа, Джейн; а я не терплю вокруг себя дураков. Лучше пусть девушка тысячу раз умрет, чем в этой стране разразится гражданская война. Ричард и Георг из-за этой девчонки Невилль перегрызут друг другу горло. Если бы ты не была так глупа, то знала бы, как быстро приходит беда. Повод для ссоры есть, определились враждующие стороны, а это начало бесконечной беды. У моих братьев есть свои сторонники. Разве ты не знаешь?.. Но конечно же, ты ничего не знаешь об этих вещах. Мой брат Георг мечтает об одном – сбросить меня с трона и занять его сам. А ты, потому что я проявил к тебе благосклонность, будешь вмешиваться? Сейчас же убирайся от меня, и если хочешь угодить мне, слушай как следует, что я говорю. Больше никогда не вмешивайся в такие дела!

– Я уйду, Эдуард. Но прежде я должна сказать тебе, почему я пришла. Кейт, моя служанка, в Тауэре.

– Кейт в Тауэре? По чьему приказу?

– Георг отправил ее туда.

Он пришел в еще большее неистовство, глаза от ярости едва не выскочили из орбит, вены на висках вздулись, как два синих шнура. Он процедил сквозь зубы:

– Так, значит, Георг отправил эту женщину в Тауэр!

– Он угрожал ей пытками. Эдуард, пожалуйста, накажи меня за то, что я сделала, я и вправду вмешалась не в свое дело… но прошу тебя, освободи Кейт.

Эдуард не слушал ее. Он уже был у двери и звал слугу. Когда тот появился, он прорычал:

– Немедленно пришли сюда герцога Кларенсского.

Даже Георг не смел ослушаться такого приказа. Он вошел, поклонился с некоторым высокомерием своему брату и бросил злой взгляд на Джейн.

– Вижу, ты уже при деле – разносишь сплетни… – пробормотал он.

Джейн в ужасе переводила взгляд с одного разъяренного брата на другого. Сейчас между ними особенно было заметно сходство. Лица у одного и у другого побагровели и исказились от гнева.

– С каких это пор ты стал решать, кого следует заключать в Тауэр? – потребовал ответа Эдуард.

– Тауэр – это место для предателей, брат.

– Тот, кто предал меня, вполне может быть другом для тебя.

– Эта гнусная шлюха распускала сплетни обо мне! – завизжал Георг. – Я сказал: в Тауэр ее! И я не шутил!

– Запомни, что ты не вправе отдавать подобные распоряжения. – Эдуард поднял свой сжатый кулак, словно хотел ударить брата. – Может, возьмешь у меня корону и будешь носить ее сам?

– Ты окружил себя этими наглыми бесстыдницами, – сказал Георг. – Ты окружил себя теми, кто следит за моей личной жизнью. Говорю тебе, что не потерплю этого!

– Ты будешь жалеть о том, что сделал сегодня, до тех пор, пока кровь течет в твоих жилах. Брат, запомни этот урок.

Многое мне пришлось пережить из-за тебя, но мое терпение истощилось. Если у тебя есть на что жаловаться, пожалуйся мне. Если кто-то провинился, то пусть его вначале осудят, а потом заточат в тюрьму.

– Разве в правилах Вашей светлости судить всех тех, кого вы посылаете в тюрьму? – ухмыльнулся Георг.

Рука Эдуарда легла на рукоять шпаги. Он сказал медленно:

– Будь осторожен, Георг. Я твой король, не забывай этого. – Его ярость внезапно прорвалась – и ругательства посыпались одно за другим: – Ей-богу! Если хочешь сохранить свою голову на плечах, берегись!

Джейн прижалась к задрапированной стене, подавленная и потрясенная. Никогда она не видела такой ненависти, какая появилась на лице у герцога Кларенсского. Она знала, что если бы Георг мог без риска тут же на месте убить короля, он бы сделал это.

– Убирайся! – закричал Эдуард. – Пока я не причинил тебе вреда, убирайся!

– С готовностью, – сказал Георг. – И хотя ты мой старший брат и король и потому я обязан подчиняться тебе, не думай, что я потерплю такую наглость от твоих шлюх и от их девок-служанок.

– Замолчи! Ты сейчас же распорядишься, чтобы отпустили эту женщину. И сделай это побыстрее, а то, ей-богу, я отправлю тебя в Тауэр на ее место.

Георг бросил на брата полный ненависти взгляд, затем насмешливо поклонился и вышел. Эдуард секунду-другую глядел ему вслед, а потом обернулся к Джейн. Она увидела, что гнев сошел с его лица, и поняла, что эта сцена его ужасно расстроила.